Я вынужден был с ним согласиться, Тихонов все говорил верно, я действительно смотрел на улей сквозь полупрозрачную стенку кокона, и вполне мог не обратить внимания на стражей. Ведь их количество по сравнению с остальными инвиктами улья, катастрофически мало. Да и какое им было дело до кокона в котором самка производит эксперименты. Их задача защищать улей, а я угрозы никакой не представлял, да и вряд ли самка будет довольна если к ней вломятся какие-то стражи. А они подчиняются ей беспрекословно и ничего без ее разрешения не делают. По такому принципу устроены все улья.

— Раньше стражи улья его практически не покидали, — продолжил говорить Тихонов. — Но вот теперь они везде сопровождают самок. И самое неприятное в стражах то, что их новое поколение, которое теперь выходит из улья, распространяет вокруг себя споры. Для инвиктов споры не опасны, а вот вдохнувший их человек получает отравление. Попав в организм человека споры начинают влиять на его мозг. Отравившемуся кажется, что все вокруг неожиданно стали двигаться с безумной скоростью. Но в реальности, это он начинает замедляться. Хотя находящийся под действием спор мозг говорит ему, что он двигается с прежней скорость.

— Значит по вашим словам, мы попали под действие спор стража, — произнес я. — Но дело в том, что они двигались с безумной скоростью еще до того, как успели к нам приблизиться. Что-то здесь не сходиться.

— Верно, — кивнул он, нисколько не смутившись моих слов. — Просто вас банально заманили в заранее подготовленную ловушку. Из рассказа Нестеровой я очно могу сказать что вас намеренно толкали идти по нужному для самки маршруту. Если вы вспомните то поймете, что инвикты посылали большое количество дронов именно на те участки, куда вы не должны были попасть. А вот нужную улицу практически не контролировали. В той ситуации не удивительно, что вы не обратили на это внимание. Я уверен в том, что последняя улица была полностью покрыта спорами стражей. И вы спокойно ими дышали даже не подозревая об опасности. А когда самка решила показаться перед вами, ваш мозг уже был полностью подконтролен спорам.

Тихонов продолжал рассказывать, а меня начал мучить вопрос по поводу моего оператора. Но вскоре я и сам разобрался в нем, и не стал отвлекать координатора от рассказа, глупыми вопросами. Вначале я не мог понять, каким образом споры повлияли на скорость полета дисков оператора? Но затем я обрадовался, что не задал подобного вопроса, иначе я бы точно опозорился.

Подобные вопросы из уст протектора, намекну ли бы на его непрофессиональные качества, или банальную тупость. Оператор управляет всеми движениями дисков, с помощью интеллекта. Модуль синхронизации, лишь помогает ему в этом, но главное это разум оператора. Поэтому Юле и казалось, что диски летят с максимальной для них скоростью, и она не может увеличить их скорость.

— Пока мы не узнали про новую особенность стражей, практически все боевые группы, посланные для ликвидации самок, были уничтожены, — тяжело вздохнул, Тихонов.

— И чтобы выяснить это, вам потребовалось уничтожить столько людей? — задался я очевидным вопросом.

— Согласен, подобное действительно ужасно, — покачал головой Тихонов. — Но в свою защиту могу сказать, что из трех своих отрядов я потерял лишь один. После потери связи с ним я сразу понял что здесь что-то не так. Не мог целый отряд хорошо подготовленных бойцов, погибнуть, так и не произведя ни единого выстрела.

— А почему остальные координаторы об этом не догадались, и продолжали посылать на убой все новые и новые силы?

— Другие координаторы прекрасно осознавали, что происходит и им была известна особенность стражей, — спокойным голосом произнесла Юля. — Они это делали намеренно, ведь они инвикты.

— Оператор все верно говорит, — подтвердил слова Нестеровой координатор. Наша сеть координаторов (О.В.Р.), провалилась. Практически все они переродились в инвиктов, за исключением нескольких. Они отказались и были уничтожены вместе с их базами. Мне пришлось срочно менять локацию и организовывать новую базу. Мы успели в последний момент перед тем, как на нас напали. С того времени мы стараемся не провоцировать инвиктов, и аккуратно собираем о них информацию.

— Но на этом у них проблемы не закончились, — добавила Нестерова.

— Верно, — опять кивнул Тихонов. — Уйдя в глубокое подполье, мы не могли передавать собранную информацию. Мы способны только принимать сигналы (О.В.Р.), но вот выйти на связь мы уже не можем, иначе нас в один миг запеленгуют, а спустя минут пятнадцать, к нам нагрянут инвикты.

— А другие варианты, например покинуть цитадель? — предложил я.

— Они уже не работают. С того момента когда уничтожили все тайные базы (О.В.Р.), цитадель перешла в автономный режим и никто не может ни покинуть ее не проникнуть внутрь. За исключением такого способа как ваш. За последние годы, мы в первый раз открыли себя, и теперь инвикты предпримут все, какие только возможно меры, чтобы отыскать нашу базу и уничтожить. Хотя мы это сделали не зря, и теперь у нас появилась связь с (О.В.Р.). помощью модуля оператора мы смогли передать направленный сигнал на спутник, и теперь весь тот объем полученной нами информации, попал в тактический отдел.

После того, что мы узнали от Тихонова, нам стали понятны все те проблемы, которые мы получили с момента высадки в цитадель. Воспользовавшись тем, что за пределами цитадели никто не знал, что координаторов больше нет. Инвикты спокойно принимали сигналы, и всю поступающую от (О.В.Р.) информацию. А когда они узнали о нашей заброске то хорошо подготовились к встрече. Правда они не все просчитали, за что и поплатились, не сумев нас задержать или уничтожить. Тихонов подошел ко мне и некоторое время смотрел на меня.