— Вы меня уговорили, — улыбнулся и поклонился слушателям Мэт. Он принялся наигрывать «Утро» из сюиты Грига «Пер Гюнт» и заговорил речитативом: — Пер Гюнт был родом из Норвегии, той самой страны, где когда-то жили викинги...

— Морские разбойники? — радостно уточнил какой-то мальчуган.

Здесь, так далеко к югу от Скандинавии, викинги остались злодеями из старых книжек! Мэт вообще удивился, что истории про викингов докатились досюда. Так и его рассказ докатится до самой Сицилии. Завоевали ли норманны этот остров здесь, как в его родном мире* [3] ?

— Да, он был из их рода, но он был бедным крестьянским парнем, и отец его умер, когда Пер пешком под стол ходил. Мать его заботилась о нем, как могла, можно сказать, из кожи вон лезла, да только Пер был своеволен, а порой так просто дик. Он любил лазить по горам с камнями и рогаткой. Говорил, что якобы охотится, но на самом деле он убегал в горы, чтобы там помечтать.

Глаза мальчишки горели, и Мэт понял: он рассказывает ему про родственную душу. Что ж, пусть узнает то, после чего ему не грех будет и призадуматься.

— Как-то раз, когда Пер Гюнт вот так бродил по горам, он услышал, как вопит дикий кабан. Посмотрел наверх и увидел женщину. И какую женщину! О такой мечтает каждый мужчина. Красивое зеленое платье облегало ее дивную фигуру...

Женщины зашептались: им такой оборот событий явно пришелся не по нраву. Может, менестрель дает понять, что им стоит уйти и не слушать дальше? Для тех, у кого фигуры были ничего себе, конечно, в таких словах обидного-то не было, а у кого эти самые фигуры подкачали, тем как? Это же, считай, прямое оскорбление. Да и мальчишка, стоявший в первом ряду слушателей, похоже, расстроился. «Ну ладно, — решил Мэт, — отыграюсь, когда дело дойдет до пещеры горного короля!» Но отыгрался он гораздо раньше.

— Да, ниже шеи это была всем женщинам женщина, но выше шеи то было страшилище. Да-да, щетина, пятачок, острые уши и все такое прочее — у этой женщины была свиная голова!

Он продолжил рассказ и поведал толпе о том, как колдунья в зеленом платье завлекла Пера Гюнта, как они сели верхом на вепря и приехали в пещеру горного короля, где Пер увидел множество эльфов и прочих страшилищ, и как они пытались удержать его там, и как он все-таки оттуда убежал.

Когда Мэт закончил рассказ, его слушатели дружно и облегченно вздохнули.

— А что потом? — вскричал мальчишка, широко раскрыв глаза.

— А это уже другая история, — небрежно бросил Мэт.

Слушатели невольно зашумели, но вот какой-то мужчина выкрикнул:

— Что новенького в Меровенсе?

— Новость за новость. Расскажите мне, что делается в Латрурии, а я вам скажу, как дела в Меровенсе! Как ваш король поживает?

— Бонкорро здоров, слава Бо... — Мужчина оборвал себя на полуслове, оглянулся, чтобы поглядеть, не подслушивает ли вдруг королевский лазутчик. — Слава ему! — бодро закончил он фразу. — Поговаривают, будто бы он послал своих людей наказать рыцаря, который по-прежнему требует со своих сервов три части из четырех от их урожая!

— Он велел повесить одного сквайра за то, что тот изнасиловал дочку крестьянина! — с победным блеском в глазах прокричала молодая женщина.

— А нашу торговлю он под корень подрубил, — пожаловался мужчина. — Срезал налоги на ввоз бренди, шерсти и парчи из Меровенса и Аллюстрии и даже на те товары, что везут из страны свитзеров.

Мэт нахмурился.

— И как же это мешает вашему делу?

— Так я же теперь выручаю меньше за товары, которые сам и привожу! — возмущенно воскликнул мужчина, и толпа расхохоталась.

Мэт понял, почему: мужчина контрабандист, и теперь его бизнесу нанесут урон легальные торговцы.

— Новость за новость! — напомнил Мэту первый мужчина. — А ваша королева как поживает?

— Отлично! Она замуж вышла!

— Это мы уже знаем, — проворчала старушка. — А ребеночка родила уже или нет?

— Пока нет, — отвечал Мэт с самым искренним сожалением. — Но мы все надеемся.

— Уж больше года, как замужем, а все не родила? — поджала губы молодая женщина. — Что ж у нее за мужик такой?

Мэт вылупил глаза и потерял дар речи.

— Да уж не мужик, это точно, — подлила яду другая женщина. — Если не может ей ребеночка сделать.

— Да он и не мужик! — фыркнула первая. — Он же чародей, а чародей — это даже и не колдун!

— Да, он чародей, но он не может творить чудеса, которые не ему под силу! — попытался оправдаться Мэт. — Что Такое мужья? Они всего лишь мальчики на посылках, а дети приходят с Небес! Дети — это же от Бога!

Толпа разом умолкла.

— Не говори таких слов! — негромко воскликнула старушка. — Ты дурак, что ли, совсем?