— Пи-пе? — мне на грудь запрыгнула чёрная белка. А за ней летяга.

— Защищайте, — прохрипел я. — Уйдите с меня! Больно!

Белки сперва не поняли. Потоптались на моём бедном теле, покрутили головой, но свалили. Вот гады мелкие.

— Фух, — я выдохнул и закрыл глаза. Будем ждать. Не зря я столько регенерацию прокачивал.

А пока мне нечего делать, я немного порассуждаю над недавним боем. Кто были эти трое? Зачем им я? Мэй их узнала, сказала, что они не из Тюрьмы. Значит, люди известные, да и уровень у них за двадцатый — сто процентов. Ловушку приготовили идеально. Фэна и остальных как-то задержали, меня должны были вымотать и убить. И если бы не Мэй и белочки, я… А что я? Задумался. Смог бы я сам справиться с этой проблемой? Определённо, да.

Во-первых, я не использовал Кровавую Ауру. Скорее всего, я бы просто почувствовал этих уродов, а дальше было бы несложно их убить. Хотя радиус действия у ауры всего пятнадцать метров, да и жрёт она каждую минуту по пять ОВ и ОД. Но я даже не попытался! Во-вторых, я не додумался использовать Кровавый взрыв. Просто максимум напустить тумана, закрыться щитами и подорвать всё к чертям. Куб бы точно не выдержал. Ещё есть варианты? Пока не вижу, но они определённо есть. Ох, ну и почему я так лоханулся? Нет, я понимаю, что задним умом все мы сильны, но попробуй прямо там до всего додуматься, в стрессовой ситуации.

— У меня нет опыта, — пробормотал я.

— Пи? — сбоку показалась мордашка белки.

— Я не тебе.

— Пи, — белка убежала.

Я слишком сильно рассчитываю на Мэй, и это ошибка. У меня мало опыта настоящих, смертельных боёв с людьми. Одно дело — тупых зомби мочить, а другое — хитрых и умных людей. В недавней битве вместо того, чтобы быстро проанализировать ситуацию и самому найти выход, я возложил бремя своего спасения на плечи Мэй. А сам тупо ждал.

— Гру-а-а!

Я вздрогнул. Где-то рядом раздался рев какого-то зверя. Но следом за ним, я услышал звук падающего тела, и всё стихло. Блин, страшно. Так, выносливости сейчас достаточно.

Врубил Бурление крови. Навык второго уровня, он на сорок пять секунд увеличивает ловкость и регенерацию на пятнадцать очков. Только вот откат двадцать минут. Блин, жалко, что у классового навыка нет слота для поглощения, так бы Бурление крови интегрировал, и откат бы пропал. Эх.

Так и валялся я, подстёгивая регенерацию навыком, а позже, когда смог более-менее шевелить рукой, — таблетками Златы. К вечеру я уже мог подняться, от многочисленных порезов и ушибов остались розоватые следы. Только вот поломанные рёбра ныли, да бедро с тазом. Не знаю, сломал я их или нет, но болели знатно.

Я сделал несколько шагов, огляделся. И где я? Песчаный пляж, пальмы, океан, труп огромной красной обезьяны-переростка. Идиллия. Я подошёл к телу примата. Здоровенный, с мышцами, огроменным шнобелем и светло-оранжевой шерстью. Меня заинтересовали лапы зверя. Кончики его пальцев переходили в конусообразные острые шипы. Интересненько.

Я отошёл подальше от океана, вдруг оттуда какой-нибудь рак-великан выскочит. Вытащил из кольца новенькую Илонку, проверил сеть. Нет нихрена.

— Пи?

На моё правое плечо приземлилась чёрная белка.

— Не ловит, — пожаловался я ей, убирая смартфон.

Вынул из кольца мягкое кресло, стол, еду.

— Раздели со мной трапезу, друг, — пригласил я к столу белку. Летяга куда-то по делам, походу, умотала, не вижу её. Дал трёххвостой яблоко. — Буду звать тебя Пятница.

Белка перестала грызть яблоко и странно посмотрела на меня.

Я сидел, вкушал еду на берегу моря, откуда открывался прекрасный вид на закат, и думал. Что мне, блин, делать?!

Фэн молча шёл в сторону Новосибирска по обочине недавно проложенной дороги. В сегодняшнем нападении его знатно потрепали, использовали какой-то редкий артефакт — большую птичью клетку. И Фэну пришлось приложить все силы, чтобы уничтожить её и убить своих врагов. Сразу после этого он увидел, как огромный куб в небе разбился на множество зеркальных осколков, а через некоторое время оттуда упал Жнец Андрея, и Мэй, в наушник, почему-то дрожащим голосом предупредила всех, что с Андреем всё в порядке и он уже летит в Башню.

— Кар!

Сверху на огромной скорости спикировала мутированная ворона, и Фэн ударом ладони взорвал её. Он остановился, уставился на труп. В последнее время все его мысли занимал Путь.

Все вокруг равны. Люди, зомби, мутанты. Камень, дерево, вода. И сам Фэн. Только приняв эту правду, он сможет сделать следующий шаг. Для Будды нет разницы, веточка на дереве или ребёнок. Он кормил своей плотью тигров и орлов, Будда считает всех равными, Будда всех любит. Даже безжизненные скалы, даже свирепого зверя. Если он увидит, как зомби желают съесть человека — он спасёт живого и скормит себя мёртвому. Будда не позволит человеку умереть, но и не убьёт зомби. Для него немёртвые и люди — равнозначны, он должен одинаково любить тех и других. Любить всей душой, всем сердцем.