Но кто сказал, что Нарайан не захочет замучить пленников просто ради того, чтобы на ком-нибудь сорвать свою злобу?

Впрочем, у руководителя научного отдела пока хватало и других проблем. Гигантский каракурт пытался починить едва не уничтоженную Савитри паутину.

Когда стало ясно, что нападавшие ушли, и дверь заблокирована, профессор Нарайан как ни в чем не бывало вернулся на председательское место и волевым жестом вправил вывихнутые Пэгги пальцы. В это время охранники, остававшиеся внутри, рассредоточились по залу, взяв на прицел членов совета.

— Теперь, я думаю, все убедились в том, что весь гнусный пасквиль, который вы сейчас увидели, создан бунтовщиками с единственной целью дискредитировать совет и посеять в городе хаос, — проговорил Нарайан, уложив перед собой на стол наливающуюся черным отеком руку.

— Но запись подлинная, — возразил начальник отдела снабжения. — Принцесса скинула ее всем, я только что проверил.

— Для выявления высококачественных подделок требуются недели, а то и месяцы, — обиженно пояснил глава информационного департамента, который даже сейчас пытался выгородить свое ведомство.

Впрочем, судя по его испуганному лицу, он уже видел жуткую картину своих мозгов, размазанных по обшивке зала, и остальное его не занимало.

— Послушайте, неужели вы всерьез собирались спасать всех этих голодранцев, которые попусту тратят кислород и энергию и не способны ни на что, кроме как выражать свое недовольство? — снисходительно глянув на членов совета, усмехнулся Нарайан. — Я, кажется, ясно озвучил, что для перспективных ученых и адекватных управленцев, которых в совете большинство, на «Эсперансе» подготовлены комфортабельные каюты.

— Под предателями вы имели в виду тех, кто не поддерживает ваши, мягко говоря, странные идеи и эксперименты? — равнодушно глядя в дуло скорчера, спросил глава геологоразведки.

— В самом деле? Что это за непонятные разговоры про какие-то секретные лаборатории? — спохватился начальник отдела снабжения.

— Да, я продолжил дело моей жизни, — гипнотизируя совет магнетическим взглядом, со странной смесью вызова и воодушевления проговорил Нарайан. — Я с юности мечтал о создании нового биологического вида. Сверхлюдей, не только обладающих необычной силой и выносливостью, но и способных выжить в неблагоприятных условиях.

Брендан, который в ожидании новостей вернулся к операционному столу, невольно бросил взгляд на экран, вспоминая три месяца увлекательнейшей работы в лаборатории. Как ученый он мог понять и оценить всю дерзновенность замысла профессора, не просто так считавшегося одним из лучших умов Альянса.

Еще несколько веков назад, когда генетику приравнивали едва ли не к шаманству, а изыскания в области создания рекомбинантных РНК и ДНК животных и растений встречали в штыки, ученые задумались о лечении тяжелых наследственных заболеваний. Уже тогда был предложен метод вирусных частиц, благодаря которому к началу космической эры и экспансии в другие миры удалось победить не только синдромы Дауна, Мартина-Белл, Вильямса, но и более редкие генетические нарушения. Исследователи и колонисты непригодных для терраформирования планет, подвергавшиеся воздействию жесткого излучения и других негативных факторов, могли больше не опасаться за себя и свое потомство.

Другое дело, что синтетические препараты для коррекции ДНК по-прежнему стоили баснословно дорого, а закупить применяемое в молекулярной хирургии оборудование могли себе позволить лишь крупные научные центры, существовавшие только в больших поселениях, вроде Леи или Сербелианы. Да и специалистов не хватало, и это стало основной проблемой так называемых окраинных миров, в которых и более простые методы лечения были не всем по карману.

В городе под куполом в редактировании генома и помощи молекулярных хирургов нуждался каждый десятый, если не пятый. Та же Эгле Варма-Левенталь умерла после нескольких неудачных операций по удалению локальных опухолей, так и не дождавшись необходимого ей препарата, подавляющего рост раковых клеток. А в это время Шатругна Нарайан, не замечая ничего вокруг, тратил ресурсы на свои сомнительные эксперименты по выведению сверхлюдей.

— Вы не спросили у испытуемых согласия, — услышав рассказ о блестящих перспективах и новых возможностях человечества, напомнил глава геологоразведки.

— А вы считаете, им было бы лучше продолжать жизнь калек? — не дрогнув, глянул на него Нарайан.

На сей раз Брендан презрительно скривился под врачебной маской, вспоминая свою вылазку в район секретной лаборатории и сбор генетического материала, когда ему пришлось ради маскировки забраться в вагонетку с трупами. Профессор по своему обыкновению лукавил и выдавал желаемое за действительное. Ни брат Ласло Золтан, ни Гу Синь, ни жертва экспериментов Венсан Даррье не страдали никакими наследственными заболеваниями. Да и большинство охотников, которым успешно внедрили фрагменты ДНК асуров, хотя и имели некоторые нарушения кариотипа, в целом отличались неплохими для города показателями здоровья.

Другое дело, что среди членов совета только глава департамента здравоохранения имел медицинское образование и в общих чертах знал о направлении исследований профессора. Остальные же слушали его, открыв рот. Каракурт [23] восстановил паутину, и едва не освободившиеся из тенет мясные мухи, слепни и шершни вновь погрузились в оцепенение, убаюканные сладкой отравой, убивающей разум и превращающей плоть в бульон. К тому времени, когда работники инженерной службы разблокировали двери, взбунтовавшийся было совет снова оказался под контролем.