Кэт склонилась над ней, взяла за руку, пощупала пульс.

— Живая, — констатировала она.

— Значит, надо забрать ее отсюда.

— Может, попробуем привести ее в чувство?

— Как? Ножом в плечо?..

Кэт бросила взгляд через плечо и ухмыльнулась мне.

— Док, могу я начать?

— Не с этой пациенткой, ассистент, — поморщился я.

— Я сбегаю к фургону и захвачу ей воды.

— Давай лучше я.

— Я управлюсь быстрее — знаю, где что лежит. — Сказав это, Кэт выпрямилась, развернулась и побежала к фургону. Поравнявшись с пассажирской дверцей, она запрыгнула на ступеньку, широко распахнула ее и скрылась внутри.

Я бросил деликатный взгляд на Пегги. Вздохнул. Наклонился, ухватился руками за подол ее платья и потянул на себя. Не то, чтобы меня это как-то волновало, но каждый раз невольно натыкаться глазами на ее вагину было, наверное, не слишком прилично. Тем более, девушка без сознания и поправить ситуацию не может. Так что поправил я. Платье собралось под ее спиной в гармошку и вытянулось с трудом, но в итоге я кое-как восстановил некое относительное приличие.

Заступив ей за голову, я сунул руки ей под мышки и потянул на себя, пока ее ноги не выпали из салона.

Пятки Пегги ударились о землю довольно крепко. И, надо полагать, болезненно. Но боль не заставила ее придти в себя.

Кэт выпрыгнула из фургона. В руке у нее была бутылка простой питьевой воды. Она побежала навстречу мне.

С моей позиции Снега не было видно.

— Он в порядке, — сказала Кэт, наверное, поймав мой беспокойный, ищущий взгляд. — Сидит там, сзади. Ты ее сдвинул?

— Попробовал. В качестве инициативы.

— В качестве инициативы мог бы подхватить ее на руки и отнести в фургон.

— Думаю, придется.

— Придется, если она не придет в сознание.

Кэт склонилась над Пегги, свинтила пробку с бутылки воды.

— Придержи ей голову, хорошо?

Я оторвал затылок Пегги от земли. Одной рукой Кэт аккуратно приоткрыла ей рот, другой — наклонила бутылку. Вода плеснула на сухие, растрескавшиеся губы девушки. Кэт чуть изменила наклон, чтобы струя попадала внутрь.

— Вроде как назад не идет, — отметила она.

— Она пьет?

— Не похоже, но ее рот не переполняется.

— Думаю, это хороший знак.

— Вода же ей в легкие не пойдет?

— Не знаю, — честно сказал я.

— Не хочу ее утопить. — Убрав бутылку, Кэт завинтила крышку. — Продолжим позже. Мы же не хотим, чтобы ей хуже стало.

Бросив бутылку на землю, Кэт присела и, пока я еще держал голову Пегги приподнятой, легонько шлепнула ее по щеке.

— Пегги! — позвала она. — Пег, очнись. — Следующий шлепок был посильнее.

Девушка никак не отреагировала.

— По-моему, она не очнется, — сказал я.

— Я попробую еще раз. — Кэт ударила Пегги по другой щеке, в этот раз — сильно-сильно.

Пегги даже не вздрогнула.

— Она в отключке. Крепкой. Придется нести ее.

— Я донесу, не беспокойся.

— А я помогу. Возьмусь за ноги.

— Ладно.

Заняв необходимые позиции у обоих концов бесчувственного тела, мы оторвали Пегги от земли. Ее голова уперлась мне в живот. Рубашка на мне была распахнута, и ее волосы, спекшиеся от крови, прильнули ко мне горячей, липкой медузой.

Мы скоординировались в направлении фургона и пошли — Кэт прямо, я — спиной вперед, пятясь.

— Она легче, чем ты, — заметил я.

— Я такая толстуха.

— Ты аппетитная.

Она усмехнулась.

— А то.

— Я просто хотел сказать, ее нести легче, чем тебя.

— Ты уже задвигал Снегу шуточки про то, как кошмарно много я вешу.

— То не были шуточки. По ощущениям ты была тяжелее. Гораздо тяжелее, чем можно предположить, глядя на тебя.

— Так ты намекаешь на то, что мне нужно сбросить вес?

— Наоборот, набрать бы немножко. Ты худовата.

— Секунду назад я у тебя была аппетитной.

— Ты такая и есть.

— Аппетитная, но ядовитая.

— Лучше не есть?

— Это шутка, Сэм.

— В каждой шутке…

— В дверь не врежься, умник.

Я посмотрел через плечо. Пассажирская дверь фургона была распахнута настежь, и я собирался вписаться в нее спиной. И вписался-таки — дверь захлопнулась. Открылся зато хороший вид на Снега Снеговича, стоящего за фургоном и косившего на нас лиловым подбитым глазом. Его руки все еще были связаны, веревка висела вяло до самого бампера.