Сегодня Деймос решил, что для одного человека в кровати места слишком много, и без зазрения совести улёгся рядом с Аннабель. Она в начале пыталась вытолкнуть обнаглевшего духа, но, когда в своих отчаянных попытках с кровати свалилась сама, поняла, что занятие это бесполезное, и даже опасное в какой-то степени. Поэтому в итоге легла к стенке, отвернулась, и через некоторое время уже сопела в тёплых объятиях духа. Этой ночью было похолодание, и ближе к утру даже Вольфганг спустился в подвал, чтобы включить бойлер.

Когда девушка проснулась, чернокнижника в доме уже не было, зато Деймос продолжал наслаждаться наверняка приятными сновидениями, судя по едва заметной блаженной улыбке. Перелезть через духа, не разбудив его, оказалось просто только на первый взгляд. Стоило ведьме встать ногами на ламинат, как Деймос подал голос, всё так же не открывая глаз:

— Я скоро собираюсь уходить. Мне будет приятно, если ты пока побудешь со мной. Ещё приятнее, если ты не будешь сильно по мне скучать, пока я буду в своём мире.

— Почему я должна по тебе скучать? — Бель присела на краешек кровати, стараясь всё же не касаться подтянутой спины мужчины. Телосложение у него было замечательное, хоть на любителя таскать железо дух и не тянул. Жилистый, худой, но сильный.

— Ты и сама знаешь почему. — губы Деймоса тронула уже вполне отчётливая улыбка. Изумрудные глаза раскрылись и слегка сверкнули на свету. Завораживающе.

— Я не хочу, чтобы ты давал мне ложную надежду. — честно призналась Аннабель, невольно теребя покрывало.

— Ложной — не дам. — Деймос оскалил клыки, быстро привстал, и повалил девушку на себя, а затем перекатился так, чтобы оказаться сверху. — Или ты во мне сомневаешься?

Ничего не ответив, Бель отвернулась в сторону и немного зажмурилась, хмуря аккуратные очерченные брови. Дух никогда не давил на ведьму в такие моменты. Просто воспринимал молчание как-то по-своему. Но почему-то всегда правильно. Сейчас он просто зарылся носом в волосы девушки, которые сегодня пахли необычайно вкусно, и с трудом сдержал подспудное желание прикоснуться губами к её шее. Ведь там, того и гляди, до всякого дойти может. А Деймос очень хорошо чувствовал, что сейчас не время. Не подходящий момент для самой Аннабель. Она слишком погружена в свои переживания, и попытка вытащить её оттуда плотскими утехами может дать обратный результат.

— Мне пора. — мужчина встал с кровати, и ловко, но без спешки, вновь облачился в свои странные одежды из родного мира. С золотым браслетом, подаренным ведьмой, он больше не расставался, и даже перед сном его не снимал. Вот теперь, вытаскивая его из-под плотного плетения наручей, некоторое время любовался переливами металла и бликами изумрудов.

— Уже…? — очень тихо, всё так же не глядя на Деймоса, спросила Бель. — Ладно…

— Не расстраивайся. — сам дух выглядел беззаботно. — Я люблю тебя.

Яркая зелёная вспышка с какими-то грязно-красными вкраплениями, и воронка, больше похожая на змеиную свадьбу, втянула в себя Деймоса, напоследок издав неприятный лязгающий звук. Как будто встречаются десятки лезвий. Ведьма посмотрела туда, когда дух уже пропал, тяжело вздохнула, и отправилась на кухню, чувствуя странное опустошение в груди.

Но перед тем, как спуститься вниз, Аннабель всё-таки проверила комнату Вольфа. На всякий случай, мало ли. Но чернокнижника дома уже не было. Стало совсем пусто.

Особенно ясно это ощутилось, когда привычная готовка обеда на троих превратилась в одиночный перекус салатом. Почему-то было слегка обидно. И совершенно непонятно, неужели нельзя было поделить «уходы» пополам. Конечно, Вольф назвал достаточно вескую причину, но всё же Бель теперь боялась оставаться одна.

Ночью Аннабель приснился один из тех снов, которые она так не любила. Но которые всегда должна была записывать в Книгу Судеб. В этот раз всё было совсем необычно.

Аннабель была Деймосом. Она понимала это чем-то внутри, она смотрела вперёд от его лица, и видела всё немножко иначе. Да, про розовые очки, конечно, девушка ошибалась, но дух крови действительно воспринимал мир, по крайней мере свой, по-другому. Как будто более объёмно, чувствуя не только всё что вокруг, но и то, что находится где-то в закромах всего единения миров.

Сейчас мужчина шёл, наслаждаясь вечным закатом, который окрашивал всё вокруг в рыжевато-бордовый цвет. Тени были насыщенно коричневыми, а света на гранях предметов играли пламенем.