— Спрашивай, — генерал армии решительно отодвигает бумагу в сторону.

— У всех перечисленных теневиков имеются огромные суммы в рублях и намного меньшие в валюте. Но как я понимаю, вам может понадобиться намного большая сумма в долларах для работы с «РАФ» и «Красными Бригадами». Как вы собираетесь перевести рубли в доллары так, чтобы не засветиться и не попасть в поле зрения КГБ? Любые крупные сделки привлекут внимание комитетчиков, тем более что подавляющее большинство валютчиков являются стукачами и работают под прикрытием чекистов. А учитывая пламенную любовь Андропова именно к вам, скандал раздуют огромный, с возбуждением масштабного уголовного дела.

— А мы не будем покупать валюту в СССР, — усмехнулся Ивашутин, — сделаем проще, всю собранную ювелирку переправим на Запад, по своим каналам. Есть у нас там проверенные люди, готовые помочь с реализацией за скромный процент. Не будет хватать этих денег, начнем аккуратно скупать золото за рубли, и продавать по той же схеме.

— Это правильно, — осторожно согласился я, — но ведь многие драгоценности могут быть с историей, и знающие люди сразу же поймут, откуда они. Я уже не говорю о советской пробе, она просто будет вопить о происхождении золота.

— Это не проблема, — отмахивается начальник ГРУ, — на Западе организуем переплавку в слитки, если что. Есть возможности. А золотые царские червонцы, например, можно аккуратно реализовывать в разных местах. Мало ли откуда они взялись? Эмигрантов после революции в Европе было море.

— И ещё что я хочу спросить, у вас много людей, которым можно доверить именно эту операцию? Одно дело арестовывать и ликвидировать шпионов и предателей, а другое — трясти цеховиков и теневиков. Это не прерогатива ГРУ. Даже нормальные сотрудники могут засомневаться, заподозрить вас в попытке незаконного личного обогащения и обратиться в КГБ или ещё куда с информацией о таком приказе. Тем более что они не знают, почему и зачем это нужно делать.

— Ты правильно мыслишь, Леша, — вздохнув, признал Ивашутин, — таких людей у меня очень мало. Можно сказать, почти нет. Сергей, ты его знаешь, он тебе Андреем Ивановичем представился, его молодой напарник, и ещё парочка старых зубров предпенсионного возраста. Я с ними ещё с войны знаком. Несмотря на возраст, они матерые профессионалы. Один из них даже в СМЕРШЕ Абакумова успел поработать, диверсантов и шпионов обезвреживал. Они выполнят любой приказ. Сдать не должны. Но вероятность слива информации всё равно существует. А что, у тебя есть какие-то предложения?

— Конечно, есть, — горячо подтвердил я. — Зачем привлекать ещё людей? Помните, как папаша Мюллер говорил в «17 мгновениях весны»? «Знают двое, знает свинья». Чем больше ваших сотрудников в курсе, тем выше вероятность провала. Тем более после такого неоднозначного приказа. Я предлагаю поступить проще. Есть Игорь Семенович Зорин, Сергей Мальцев. Зорин — бывший офицер вашего спецназа, мастер единоборств. Мальцев тоже сын бывшего военного, имеет соответствующую подготовку. Они, как вы знаете, уже проверены в деле и частично посвящены в суть дела. Лишних вопросов задавать не будут. Так не лучше ли использовать их вместе со мной?

Ивашутин молчит, задумавшись. Пальцы начальника ГРУ отбивают барабанную дробь на столешнице.

— Резонно, — наконец признает он. — Мне надо подумать. Людей все равно не хватает, так что, может, и их задействуем.

— Подумайте, пожалуйста, Петр Иванович. Это лучший вариант.

— А классуха твоя что скажет? — подкалывает Константин Николаевич, — это тебе не на два-три дня, а как минимум на неделю уехать придётся.

— А это уже твоя забота, — широко улыбнулся я, — неужели она и директор смогут отказать генерал-лейтенанту, одному из самых уважаемых людей в нашем городе? В крайнем случае, мне, Зорину и Сергею, можно организовать показательное выступление как членам военно-патриотического клуба в Москве или в другом месте. Мой товарищ Тимур постоянно на соревнования по боксу ездит, вместо занятий, и ничего, отпускают. В общем, придумать причину, отсутствия в школе по уважительной причине, не сложно.

— Хорошо, — вздохнул дед, — я прикину, как это сделать.

— Я ещё об одном предателе хочу рассказать, — продолжаю я. — он находится под личным покровительством Юрия Владимировича Андропова. Самый молодой генерал-майор КГБ — Олег Калугин. Возглавляет управление «К» — контрразведки.

— Почему раньше не сказал? — сухо поинтересовался Ивашутин.

— Это самый законспирированный, осторожный и матерый «крот», завербованный ФБР, а потом переданный ЦРУ ещё в 1958 году, когда стажировался в Колумбийском университете, вместе с ещё одним предателем — Александром Яковлевым, сейчас работающим послом СССР в Канаде.

Прямые доказательства его измены найти очень трудно. Я хотел, перед тем как выдвигать обвинение человеку такого уровня, чтобы вы поработали с более мелкими предателями, и убедились, что всё рассказанное мною — правда. И ещё один важный момент — любой удар по Калугину вызовет немедленную реакцию Андропова. Олег Данилович — любимчик и протеже председателя КГБ.

Когда он был завербован, американцы, для успешного старта карьеры Калугина, разыграли комбинацию. На улице Нью-Йорка с ним заговорила незнакомая парочка. Как оказались, они видели молодого стажера на выставке советских достижений и захотели с ним познакомиться.