Интересно как он это делает? Нет, я, конечно, понимаю, что его стихия – молния, но как он это делает? Я бы тоже не отказался бы от такого бонуса. Пускай у меня вроде бы все нормально и никаких демонов в голове, но лучше подстраховаться.

К сожалению, идей у меня нет, вообще, все попытки срываются, и я не понимаю механизма. Возможно, идёт адаптация, особенно после того, как я исцелился, а может у меня с фантазией плохо. Хм… да нет, вряд ли, думаю всё же идёт своеобразная настройка симбиотов, вроде бы искин что-то такое говорил, у каждого это по-разному, так что паниковать пока рановато.

Несколько дней спустя. Сато

Наконец-то мой «отдых» подошёл к концу, я уже собран, хотя чего собран-то? Рюкзак с личными вещами и бутерброды – вот и все сборы. А, ну ещё и картины, куда уж без них, но тубус решает все проблемы, компактно и никаких неудобств. Вертолёт я уже вызвал и буквально через пару минут он будет на площадке неподалёку от дома.

Провожали меня мои мелкие друзья, похоже, они почувствовали, что старший брат сваливает из леса, так что сидел я в окружении из двадцати белок. Бегают по мне туда-сюда, просят орешки и млеют, пока я их глажу. Но вот на горизонте появился вертолёт, и мелкие проказники запищали и рванули в лес.

Как только вертолёт сел с него выпрыгнула очень знакомая фигура…

– Привет, Андрей, как жизнь?

– Добрый день, Сато. Всё хорошо, как себя чувствуешь? – поздоровался со мной Андрей, мой бывший телохранитель с приличным запасом энергии и вроде бы как третьей звездой.

– Нормально! – улыбнулся я во все тридцать два.

– Это очень хорошо, – он перестал крутить у себя над головой мини смерч.

– Тимур проверяет? – я кивнул на его стихию.

– Командир дал указания, – пожал плечами Андрей.

– Ну, раз я не падаю в конвульсиях, и у меня не идёт из носа кровь, то мы можем лететь?

– А то! Залезай! – усмехнулся он.

Москва. День спустя

На удивление я очень быстро привык к смене места. Как-то даже самому непривычно, но никаких панических атак или дискомфорта я так и не испытывал, находясь в толпе людей. На силу отмазался от машины и поехал на простом автобусе. Да, со мной вновь Андрей, но теперь я чувствую его намного лучше, причём именно чувствую, но ещё не вижу. Хотя раньше я мог замечать его только по внешним проявлениям, как инопланетного охотника, за которым гонялся Алан «Датч» Шеффер, то есть, Шварценеггер. А теперь спокойно чувствую и знаю, где он находится в данную минуту. А это уже радует, пускай и не боевая способность, но теперь ко мне очень сложно подобраться. Ну, по крайней мере, трёхзвёздочному ассасину со стихией воздуха. Не появится? Ну, мало ли, лучше знать, что я смогу увидеть его, чем говорить, что такого не может быть.

Пока ехал в автобусе – кстати, народу очень мало в нём было – вспоминал, как меня встретили дома. Первая естественно Маська, хотя Андрей сказал, что Тимур ждёт меня во дворце, я тут же ответил, что сестрёнка для меня важнее, чем кто-либо и в первую очередь домой в Подмосковье. Так что визгу было много, Маська как белка, ей богу, сразу начала по мне ползать и радостно визжать. Но после того как я показал ей свою чистую кожу, визг был на уровне взлетающего самолёта. Причём ничего с этим поделать нельзя, сестрёнка очень сильно переживала насчёт моих ожогов, все же я получил их, когда вытаскивал её из огня. Вот и чувствовала вину передо мной. Теперь же я вылечился и с неё упал этот груз, вот она и радостная такая.

Затем отдых, прогулка по Парку – и еду в Москву к Тимуру, чтобы отчитаться и сдать картины в дворцовую коллекцию. Я всё-таки числюсь придворным художником, благо что это не обременительно, хотя план есть, минимум одна картина в год, причём качества не хуже «Л-1». Даже не вникал в эту всю кашу, картины у меня хорошие, тем более даже самому нравятся, а кому не нравятся, пусть идут лесом.

Пропуск на воротах – и я спокойно прохожу во дворец, тут намного серьёзнее и, думаю, охрана срисовала меня ещё метров за сто от самого дворца, то-то меня так быстро и пропустили. Первым делом отправился к Тимуру, вот только изрядно поплутал и только после расспросов нашёл его новый кабинет. Поближе к имперскому залу заседаний, а его кабинет был нечета старому. Этот минимум раза в три больше, шкафов, соответственно, тоже в три раза больше, неизменна лишь куча бумаг, которые лежат на его столе.

– Привет внук, – он отложил в сторону бумаги и уставился на меня.

– Привет! – я зашёл и плюхнулся на кресло, которое, по всей видимости, перетащили из старого кабинета.

– Мне тут внучка звонила, говорила, что ты выздоровел? – он перевёл взгляд на мои замотанные руки.

– Вылечился, – я продемонстрировал ему размотанную руку. – Но решил не показывать, пока с тобой не переговорю.

– Вот оно как. Хмм… похвально-похвально…

– Вот только давай без этого, я ведь понимаю, что за тобой наблюдают, и я могу ненароком как-то подставить тебя, – пожал я плечами.

– Хм… Правильные мысли, спасибо за доверие. И нет, все в порядке, можешь щеголять хоть без майки.

– Эм… Ну и отлично!

– Кстати нам надо бы кое о чем переговорить.

– Слушаю, – я подобрался.

– Нет-нет, не сейчас, – махнул он рукой. – Этот разговор может подождать.

– Что-то конкретное или касается эмм… перевозки? – я подобрался сидя в кресле.

– Скажем, не настолько серьёзное, но… впрочем, пока оно может и подождать.

– Хм… Ну ладно, тогда я пойду. Тебя сегодня ждать?