Приступай, — раздался голос Алисы, и я нажал на другую кнопку — с вырезанной на ней стрелкой вверх.

Дирижабль начал подниматься в воздух. Довольно медленно — всё же чучин хоть и очень лёгкий материал, но какой-никакой вес имеет. К тому же на него невозможно нанести узор облегчения массы. Поэтому скорость дирижаблей, обшитых чучином, крайне низкая. Хорошо хоть, что судно вообще в воздух взлетело.

— Асактан, — проговорила косоглазая Тунгуска, и сова с её плеча взлетела. Птица приблизилась к дирижаблю и несколько раз взмахнула крыльями. Вокруг неё завертелся вихрь из ветра со снегом.

Я с интересом наблюдал, как от совы отделились четыре полупрозрачные птицы, будто сотканные из ветра. Они закружили вокруг дирижабля, а сова вернулась на плечо Инмэлины. Или мне показалось, или в глазах птицы я увидел усталость.

— И что это такое? — поинтересовалась Лулу.

— Это дэги. Они будут следовать за кораблём и передавать мне картинку, — объяснила Инмэлина, поглаживая сову.

Вперёд, — дала команду Алиса.

И я нажал нужную кнопку. Дирижабль, продолжая подниматься вверх, двинулся к Ядовитым Топям.

— Ты и правда смог в одиночку сконструировать целый дирижабль? — раздалось изумлённое бормотание Лизы. — Да ещё и с металлической обшивкой, которую даже облегчить нельзя? И к тому же сделал так, чтобы им можно было управлять издалека?

Я повернулся к девушке, которая не сводила шокированного взгляда с удаляющегося дирижабля.

— Что за реакция? — раздражённо бросил я и поморщился — грудь резко заболела. — Ты думала, все эти дни мы строили неработающий дирижабль?

— Да нет, — Лиза смутилась. — Просто только увидев взлетающий дирижабль, я поняла, с насколько сложной задачей ты справился в одиночку.

— Не в одиночку. Мне Змей помогал. А Тунгусы вообще весь каркас собирали.

— Мелочи.

Я решил не продолжать спор. Молча сидел и смотрел, как дирижабль уменьшается и превращается в точку на горизонте.

— Корабль достиг границы Топей, — доложила Инмэлина.

— Скоро карту принесут, — подал голос Улгэн. — Будешь на ней отмечать, где летит дирижабль.

— Да.

Неудобно так работать, конечно. Придётся полностью полагаться на слова Инмэлины. Но альтернатив нет. Минут через пятнадцать, когда все уже расслабились и болтали ни о чём, я повернулся к Улгэну и предложил:

— Может, устроим спарринги? Дружественные. Всё равно нам долго придётся ждать.

Улгэн, который сидел на ковре и курил трубку, с прищуром уставился на меня.

— Ну, почему бы и нет, — наконец, решил он. — Выбирай первого бойца.

Я развернул коляску к своей команде. Ребята слышали мой с Улгэном разговор и сейчас непонимающе переглядывались между собой.

— Змей, ты идёшь первым. Покажи свои силы.

— Да, — Чернокнижник неуверенно кивнул.

За несколько минут в центре холма очистили место для поединка. Со стороны Тунгусов вышел мальчик лет пятнадцати с длинным белым посохом в руках. Рядом с ним скалился серый волчонок — зверь первой метки. Змею явно не понравилось, что против него выставили ребёнка. Вон как глазами гневно сверкает.

— Начинайте, — велел Улгэн.

Змей моментально принял облик Чернокнижника. Его нос покрылся костяной корочкой, а на его пальцах выступили острые костяные когти. Змей — всего лишь Чернокнижник первой метки. Поэтому изменения затронули очень маленький процент его тела. Он уверенно двинулся вперёд и хищно оскалился, не сводя глаз с мальчишки.

Волк зарычал и припал к земле. Мальчишка встал в стойку рядом со своим ниру, выставив посох в сторону Змея. Я внимательно следил за Тунгусом, стараясь запомнить каждую деталь. Мне было жутко интересно — как Тунгусы используют Ян-чакру для боя. Сам я после увиденного ритуала связывания зверя и человека провёл несколько экспериментов. Но поглощённая мною Ян-чакра только исцеляла мои раны и никак больше себя не проявляла. Или я что-то не так делаю, или всё гораздо сложнее, чем мне кажется.

Змей продолжал идти, и, когда он приблизился метра на два к мальчишке, волк резко прыгнул вперёд, раскрыв зубастую пасть. Змей молниеносно ушёл в сторону и чиркнул когтями по шее зверя. Тот сразу же свалился на землю и покатился кубарем. Больше он встать не смог — лежал и агонизировал из-за яда в крови. Дар Родословной Змея, о котором он как-то говорил, — парализующий яд на когтях.

Мальчишка воинственно закричал и кинулся на Змея с посохом наперевес. Тунгус изливал ярость в свои удары, но при этом был осторожен — он знал, что ему нельзя попадаться под удары когтей Чернокнижника.

Я внимательно следил за мальчишкой, не забывая отмечать пластичные и резкие движения Змея. Но пока что никто из противников не мог коснуться друг друга — оба были сильны в ближнем бою. Только вот Змей явно был опытнее и просто поджидал удобного момента. Мальчишка же сильно злился из-за ранения своего ниру и выкладывался по полной. Он пока наивен и прост, хоть и талантлив. Вон как посохом технично машет, глаз радуется.

— Змеёныш его разделает, — послышался рядом уверенный голос Лулу.