— Ты пришел! — она улыбается мне.

— Ага, — говорю я. Сегодня я многословен.

— Хочешь поболтать или, — она встает на цыпочки и говорит мне на ухо, — поднимемся наверх, чтобы побыть наедине?

Я перевожу взгляд на нее.

— Наверх.

Она хватает меня за руку и ведет через толпу по винтовой лестнице на второй этаж. Я следую за ней по коридору в ее комнату. Она розовая, с большой кроватью под балдахином, на стенах висят фотографии — ее с друзьями и несколько с Брэдом.

Она садится на край кровати. Затем похлопывает по месту рядом с собой.

«Это ее кровать.

Ее кровать».

Внутренности скручивает. Тошнотворный вихрь кружится в животе.

«Не сейчас. Черт возьми.

Ривер, возьми себя в руки».

Сжав кулаки, подхожу и сажусь рядом с ней.

— У тебя милый дом, — говорю, просто чтобы сказать хоть что-то.

— Да, думаю, ничего.

Смотрю на стену перед собой, будто на ней написан ответ на вопрос о смысле жизни. От нервов нога начинает трястись.

— Ривер?

— Да?

— Посмотри на меня.

Я поворачиваюсь к ней лицом. «Боже, она такая красивая».

— Я тебе нравлюсь?

— Конечно.

Она высовывает язычок и облизывает нижнюю губу. Я не могу оторвать от него глаз.

— Ты мне тоже нравишься.

— Да?

Она смеется. Смех звучит нелепо. Я поднимаю на нее глаза.

— Конечно, нравишься, глупыш. В противном случае тебя бы сейчас здесь не было.

Точно, но… я просто удивлен, что такая девушка, как она, хочет такого парня, как я. Ребята в школе считают меня чокнутым из-за того, что сделала мама…

«Из-за того, что сделал ты».

— Всего пару дней назад ты мне и пары слов не могла сказать, — говорю, положив руки себе на бедра.

— Ну, ты же понимаешь, я была с Брэдом, а ты знаешь, каким он может быть... но я всегда считала тебя горячим. — Она начинает водить кончиком пальца по моей руке и ноге, двигаясь вверх, все выше и выше, пока не проводит ногтем по молнии брюк.

Я с трудом сглатываю.

Хлоя приближается губами к моему уху.

— Ты хочешь... трахнуть меня, Ривер? — шепчет она, и я чуть не проглатываю язык.

Несмотря на великолепную мысль, что именно этого она от меня и хотела, приведя прямо сюда, — от того, каким голосом она это говорит, и, услышав, как небрежно спрашивает, хочу ли я ее трахнуть, — у меня сносит крышу.

— Э-э... а-ага, — выкашливаю я, и она хихикает.

А потом целует.

«Твою ж мать». Ее губы такие мягкие и пухлые.

В ее дыхании чувствуется вкус алкоголя. Я отстраняюсь.

— Сколько ты выпила?

Я не хочу использовать ее в своих интересах.

— Одно пиво. — Она поднимает палец. — Клянусь.

Ее глаза широко распахнуты. Зрачки расширены.

— Ты принимала... что-то еще?

— Нет. Честное слово. — Пальцем она рисует крестик на своей груди, притягивая мой взгляд к ее сиськам.

Она снимает свитер и лифчик.

— Прикоснись ко мне, Ривер.

Так я и делаю.

И, боже, на ощупь она такая классная. Теплая и мягкая. Ничего подобного я раньше не чувствовал.

Я так чертовски возбужден; мне кажется, что могу кончить в штаны. Чтобы этого избежать, мне приходится думать о всякой ерунде.

Потом Хлоя снова меня целует, и моя одежда исчезает со скоростью света.

— Ты принес презерватив? — спрашивает она у моих губ.

— Ага. — Я хватаю с пола штаны и достаю из кармана презерватив.

Когда оборачиваюсь, она с открытым ртом смотрит на мой член.

— Все в порядке? — спрашиваю я ее.

— Да... просто ты большой, — шепчет она. — Не ожидала, что ты такой большой.

«Э-м... ладно…»

Я смотрю на свой член.

— Это проблема?

Она отрицательно мотает головой.

— Надевай презерватив.

— Да, мэм.

Руки непрестанно дрожат все время, пока я натягиваю резинку, что делает это почти невозможным. Но, в конце концов, справляюсь.

Хлоя снова ложится на кровать. Каждый дюйм ее тела великолепен. Золотистые волосы веером рассыпались вокруг головы.

— Ты прекрасна, — говорю я. Чувствую, что могу кончить, просто глядя на нее, лежащую на кровати.

— Трахни меня, Ривер, — говорит она нетерпеливо.

Господи, какая Хлоя властная. Не так я представлял себе девушку в постели, но что я могу знать? И, полагаю, это довольно горячо, когда она указывает мне, что делать.