Время от времени я ловил себя на мысли, что хочу подойти и объяснить, что выполняемое упражнение надо делать не так, но сдерживал себя. Время, которе оказалось очень даже конечным ресурсом, следовало экономить и тратить на себя и своих близких, но никак не на посторонних, мало когда благодарных, людей.

– А почему Ловкость?
– напомнив о сделанном мной выборе в отношении направлении iota-мутации для девушки, Баваль шевельнула свободной рукой, очертания которой на мгновения размазались в воздухе.

– Я же говорил, мне тебя не вылечить, значит нужно не получать повреждений, - уверенный, что она отлично помнит мои слова, но зачем-то снова спрашивает, ответил я.

– Кстати, ты не рассказал, что это у тебя за татуировка на плече, - придерживая меня под локоть, Баваль своим плечом толкнула моё плечо, как раз в то место, где я раньше носил напульсник, а сейчас перестал это делать.

– Там две тату, - почему-то не испытывая желания рассказывать сейчас об этом, произнес я: - потом расскажу.

– Знаешь, когда она начинает светится золотым светом, это интригует, - слова девушки чуть не сбили меня с шага.

– Золотом?
– переспросил я.

– Ты не знал?
– видимо успев меня достаточно изучить, Баваль тут же уловила мою растерянность: - в Аурном восприятии, она светится.

– Светится?
– притормозив, переспросил я, одновременно с этим скосив глаза на плечо и пытаясь хоть что-нибудь увидеть.

– Потом посмотришь, - видимо решив «вернуть» мне моё же нежелание рассказывать о татушках, кареглазая спутница потянула меня вперед, сдерживая при этом улыбку.

Толи потому-что наши Ауры соприкасались, толи ещё из-за какой-то существующей между нами связи, но, понимать несказанное, улавливать намерения и прочее, получалось само по себе. Мне все больше и больше нравилось то, как развиваются наши с Баваль отношения. Улыбнувшись, я последовал за девушкой, со свечением тату можно было разобраться и позже. Здание больницы имело двухметровый бетонный забор, не увидев камер, а так же не ощущая чужого внимания к своей персоне, я подхватил Баваль на руки и, в один прыжок, оказался на верхней части парапета.

– Пусти, я сама, - моё самоуправство ей не понравилось и она спрыгнула во внутренний двор уже сама, увязнув по колено в снегу.

– Сама так сама, - прыгая следом, я «надавил» гравитацией на снег, который тут же спрессовался до утоптанного состояния.

Отменить гравитацию перед собственным приземлением, кстати, я не успел, что никак не сказалось на моем самочувствии. Все-таки произведенные над самим собой iota-мутации усилили и укрепили тело, расширяя границы возможного. Может быть пистолетную пулю я и не смог бы остановить голой грудью, но с ударом ножа теперь вполне должен был справиться. Продолжив идти вперед, я давил гравитацией снег, Баваль благоразумно держалась позади, вне пределов моей Ауры, идя следом.

– Захар, вы где? Какая палата?
– дойдя до угла здания и завернув во внутренний двор, я достал телефон и, набрав парня, выслушал ответ и двинулся вперед.

Куривший у черного выхода пожилой санитар, с болезненного вида лицом и синей Аурой, попытался загородить нам дорогу и что-то спросить. Но я не стал останавливаться, продолжая давить перед собой гравитацией. Санитар, попав под её действие, сначала крякнул, потом присел и начал заваливаться на бок, прижимаясь к стене. Я не опасался разборок с охраной или полицией, больница находилась в нашем районе, где все значимые здания уже находились под защитой Дружины. Негативно думая ранее об излишней нагрузке на парней с беготней по району, сейчас осознал, что принявшие нашу защиту, люди и организации получают не только помощь, но еще и обязательства перед своими защитниками. Следуя полученным от Захара подсказкам, я поднялся на второй этаж и двинулся по коридору, высматривая палату с номером двадцать четыре.

– Привет, привет, здорова, - парни оказались в палате, по разному расположившись вокруг больничной койки.

– Знакомьтесь, это Баваль, а это Захар, Клим, Сева ну и Ренат, - после того как взгляды всех присутствующих скрестились на зашедшей следом за мной девушке, представил я им друг друга.

– Привет, бахталэс, как дела, - не растерялись ребята, а Клим, задержав на яркой до самого пола юбке взгляд, смог угадать её принадлежность к цыганской культуре и поздоровался соответственно.

Баваль вроде как и не смутилась от подобного внимания, но и начинать разговор ни с кем не спешила, оставшись стоять за моим правым плечом. Я, тем временем, поинтересовался состоянием Рената и задал давно одолевающий меня вопрос, почему ножевое ранение до сих пор не зажило и как вообще так получилось, что парень пострадал во время каких-то разборок.

– Ты опять все пропустил, - Сева как всегда был несдержан и торопился высказаться первым: - сейчас у Дружины сложное время, надо зарабатывать авторитет, в районе появилось еще две организации, претендующие на нашу территорию!