– Ну, как тебе?
– выйдя на улицу и отойдя от бара пару десятков метров, спросил я.

– Холодно, -пожаловалась Баваль и поплотнее прижалась к моему плечу.

Сообразив, что она не хочет разговаривать, я не стал продолжать пытаться завязать разговор, тем более что после шумного бара идти по свеже выпавшему снегу, вдоль дороги в свете уличных фонарей, под на удивление звездным небом, оказалось на удивление приятным времяпрепровождением. Проехавшая мимо машина полыхнула гирляндой красно-синих огней, но не стала останавливаться. Глянув на смарт-часы, отметил, что до начала так и не отмененного комендантского часа осталось меньше десяти минут. Впрочем, мы были на территории Дружины и вероятность возникновения недопонимания с органами правопорядка оставалась минимальна.

Громкие крики и шум, раздающиеся с улицы, разбудили нас с Баваль посреди ночи. Встав с кровати, я подошел к окну и замер, не веря увиденному. Несколько машин, припаркованных вдоль дороги, полыхали огнем, витрина имевшегося напротив моего дома магазина зияла разбитыми стеклами, а мечущиеся по тротуару тени напоминали впавших в панику людей. Приобняв девушку, подошедшую и вставшую рядом со мной, я ещё какое-то время наблюдал за всем этим, пытаясь спросонья сообразить, что происходит.

– Вот и началось, - произнесла Баваль, едва я хотел что-то сказать вслух, но сбился из-за её слов.

– Что началось?
– чуть повернувшись к ней, поинтересовался я.

– Массовые беспорядки, - как о чем-то само собой разумеющемся, ответила она и продолжила: - президент в новогоднюю ночь смог своим выступлением погасить зарождавшуюся ещё тогда волну, но сейчас, когда стало известно, что обычный кухонный нож ничем не хуже пистолета, и даже лучше, народ не остановить.

– Как это лучше?
– и, кивнув на творящееся на улице, усомнился: - думаешь, они с ножом пойдут на вооруженных огнестрелом?

– Конечно пойдут, - Баваль отстранилась от меня, потянувшись за стоявшим на подзарядке телефоном и, просматривая пришедшие push-уведомления, продолжила говорить: - нападающий переживет пулю, даже две или три, а получивший ножевое ранение, сразу же выбывает из «игры».

– Да уж, игры, - вспомнив, как я себя вчера чувствовал, убив хорошо знакомого мне человека, и недовольный подобранным ею словом, поморщился я.

– Вот именно, Игры, - зачем-то решила настоять на использованном ею слове девушка и, видя, что я так её и не понял, вздохнула: - сейчас, целые поколения людей воспитаны на компьютерных играх, где можно перезагрузиться и идти дальше, вот и сработали закладки, за дополнительную жизнь лишь надо заплатить, но заметь, заплатить не деньгами из своего кармана, а всего-лишь совестью, забыть, что мать и отец умрут чуть раньше, но и здесь есть варианты, вообщем, психология явно не твой «конек» Игорь, просто поверь мне на слово но, если не веришь, то посмотри в окно, там все так, как я тебе и сказала.

Ушедшая на кухню, видимо готовить очень ранний завтрак, Баваль оставила меня в неком смятении чувств. Я уже привык ей доверять во многих вещах, особенно касающихся выводов из неявных предпосылок, только вот новая информация не хотела сразу же укладываться в мое мировоззрение. Решив для «наполнения» данных посмотреть телевизор, я прошел в комнату матери, где, задернув шторы, уселся на диван и нажал кнопку вкл на пульте. В ночи яркий свет в не зашторенном окне мог привлечь внимание ищущих «приключений» людей с улицы, особо я их не боялся, но желание спокойно посидеть, перевешивало собственные амбиции.

– Тысячи машин стоят в пробках на выезде из столицы! Силы общественного правопорядка не справляются с возложенными на них правительством задачами!
– стоило заработать телевизору, как я сразу же попал на новостной канал.

Голос диктора, вещавшего об людях, сорвавшихся с насиженных мест, сопровождал видеоряд, включающий в себя как данные с камер дорожного наблюдения, так и съемки с вертолета, кружащего над основными магистралями. Из мелькающих кадров я вычленил столбы черного дыма, машины жгли не только в нашем районе, но и по всему городу. Всполохов полицейских сирен, кстати, было не видно, никто не пытался регулировать движение на запруженных машинами перекрестках, решать вспыхивающие конфликты между нервными водителями, а так же растаскивать врезавшиеся друг в друга и мешающие проехать остальным, автомобили.

Взяв телефон, я позвонил матери и услышал её сонный голос. Ни она, ни Осич никуда не собирались ехать, как и вообще оказались не в курсе того, что происходит в столице. Посоветовав им никуда не выходить из дома, по крайней мере, пока на улицах не станет поспокойнее, я почувствовал небольшое облегчение. Ма, как и её новый муж, вроде бы были взрослыми людьми, но в какой-то момент времени я начал испытывать заботу о близких мне людях. Подумав, почему так произошло и куда подевалась моя извечная язвительность, переходящая порой в равнодушие, я пришел к выводу, что это стало следствием появившихся возможностей влиять на окружающий меня социум и мир в частности.

– Смотри что в городе творится, - кивнул я на телевизор вошедшей в комнату Баваль.

– Как я и говорила, - мазнув взглядом по экрану, она присела на диван и протянула мне кружку со свеже заваренным кофе.

– Но ведь должна же быть причина, - возвращаясь к просмотру транслируемой в реальном времени картинки, произнес я.

– Так Леша же вчера рассказывал, - изогнула в недопонимании девушка бровь, после чего вздохнула, как если бы была разочарована моими умственными способностями: - бункер миллиардера пытались атаковать танковой дивизией, защитники имели только холодное оружие, ножами и мечами они и вскрыли бронированную технику, словно консервы, перебив заодно и всю пехоту.