Шрифт:
Мы все потомки малых огородов:
Шесть соток, споры у межи.
Быть может, потому и у иных народов
Мы ищем то, что рвется из души.
Там ящериц полно и справа, слева,
Вулканов раздается тихий стон.
А мы себе находим гроздья гнева
И гоним наш российский самогон.
Что эти итальянцы и французы!
Что их вино – перебродивший сок!
А мы не то, мы, заломив картузы,
Все пьем и пьем, и учим свой урок.
Урок тоски, мучений и позора -
Оравой громкой по садам, да вскачь!
Срывая с яблонь яблоки раздора,
Творим чистейший, как слеза, первач.
Вот потому у нас богат – кто нищий
Душой и духом, сердцем и умом.
А нищий ничего уже не ищет,
Сидит и в ус не дует за углом.
И в руку, как в сухую ветку древа
Прохожий сунет камень, и спеша
Уходит прочь, туда, где гроздья гнева,
Шесть соток…
Спорная межа.
Шампанское
Открылся месяц светлым днём,
Деревья стали краше.
Сентябрь лиственным дождём
Напомнил встречи наши.
Летит печаль осенних рощ,
И год, и сто, и двести.
Ещё сентябрь и тем похож,
Что мы опять не вместе.
Но не сказать, что он плохой
Бушует в каждом доме,
И в день раскрашенный такой
Когда-то познакомил.
Сегодня встречу торопя,
Хочу шаманских правил,
Чтоб мне сентябрь привёл тебя
И навсегда оставил.
Сергей Минин
Мне позвонил сосед-чудак,
Одетый в балахон.
Сказал: пойдем-ка на чердак,
Хотя бы на балкон.
Чтоб желтый дождик сентября
Шуршал по лицам нам,
И чтоб фонарь, как канделябр
Украсил наш бедлам.
Еще – мне прошептал сосед,
Я приведу к тебе
Кого ты много, много лет,
Как потерял во мгле.
Во мгле листвы, во мгле дождя
Ты за руку не взял,
А я, чуточек обождав,
Осмелившись, догнал.
Теперь она – моя жена,
Но, чтоб крови не стыть,
Подруга есть, по мне, она
К тебе проявит прыть.
Не стой печальной сиротой,
Шампанское открой.
Я – не шаман, но без него,
Кто будет жить с тобой?
Амстердам
Не Вам стихи я посвящал,
Не с Вами я встречал рассвет,
Не Вас любить я обещал,
Не Вам смотрел с надеждой вслед.
Не Вам я руки целовал,
Не Вам порой дарил цветы,
Не Вас под вечер провожал,
Не с Вами ночью был на ты.
Я Вас, не встретил, не заметил,
Не разглядел, и проморгал.
На Ваши чувства не ответил
Но Вам не разу не солгал.
………………………………………
Спасибо Вам за красоту,
Что Вы меня не приручили,
И благодарен Вам за ту,
С которой Вы не разлучили
Владимир Кожухов
Летели быстро, к вечеру
Мы сели в Амстердаме.
Наш гид спросил, чего хочу,
И я ответил – к дамам.
Он нас привел к тем фонарям,
Что светят и краснеют.
Мы разошлись по сторонам,
Исподтишка глазея.
Один фонарь – под козырьком
Был покрасней немножко.
И, будто в детстве пацаном,
Я заглянул в окошко.
В окошке – женщина. Она
Сочилась сладкой негой.
Я пожалел, что у меня
С собою мало денег.
Она махнула мне рукой,
Мол, утолю печали.
Но я отважно головой
Качнул, и сам качался.
Она послала поцелуй
Воздушный, но горячий.
Я поскорей назад шагнул,
Как будто я незрячий.
А позади был – банкомат,
Их там как килек в банке.
Я пожалел, что у меня
Одни долги пред банком.
О, бедность! Ты же не порок.
Ты – скрепа страшной силы.
Когда я беден, то никто
Не разлучит нас с милой.
Пластический хирург
Любить тебя – как это невозможно,
Как невозможно также – не любить.
Ты плоть мою срезаешь осторожно,
Чтоб к сердцу путь напрямо проложить…
Натали Ният
Любить себя порою очень сложно.
Но женщина на то и рождена,
Чтоб делать то, что, в общем, невозможно
С той формой, что природой им дана.