Бывший раб словно завис, уставившись в пустоту.

— Эй, эй, ты чего, — Платон отпустил тело, подошёл к человеку и легонько встряхнул его, — ты в норме?

Тот мотнул головой.

— Слушай, тебя как зовут?

— Криксар, — прошептал тот.

— Криксар, послушай меня. У нас очень мало времени. Если хочешь спастись, нужно разобраться с телом, а потом спрятать тебя. Иначе нам обоим крышка. Понимаешь?

Тот неуверенно кивнул головой.

— Вот и договорились. Разберемся с делом, а потом решим остальные вопросы. Держи его, упрись коленом вот сюда.

Платон порылся в песке, нашёл более или менее крупный камень, нащупал у кочевника ключицу и с размаху ударил камнем по ней. Раздался неприятный хруст кости, плечо свободно заболталось.

— Вот и всё, считай, почти закончили.

Над пустыней начали появляться первые лучи рассвета.

— Всё хорошо?

Платон резко обернулся. Он только что закончил закреплять полог повозки, где в одном из мешков он спрятал человека, которого фактически говоря украл из поселения, подставляя всех в караване. Игорь повторил вопрос:

— Всё хорошо? — мужчина почесал щетину, которая, кажется, не удлинилась ни на миллиметр. — Ты какой-то дерганый.

— Просто не выспался, — улыбнулся Платон.

Игорь двусмысленно ухмыльнулся и хлопнул его по плечу. Не то, чего ожидаешь от такого человека, но это было к лучшему.

— Если хочешь, можешь подремать, до обеда я поведу.

Слишком подозрительно, удивительно мягкое поведение.

— Да не, я в норме. Не парься, — ответил Платон.

— Ну как знаешь. Мы минут через 10 выезжаем, так что далеко не уходи.

Кажется, никто не успел заметить ни пропажи раба, ни смерти того кочевника. Судьба повернулась к нему светлой стороной — как оказалось, кочевники встают довольно поздно. Судя по всему, что-то связанное с обменом веществ, якобы у них реакция не та и голова плохо соображает на холоде. Во всяком случае, так сказал тот молодой караванщик, который ходил с ними к пруду.

Тем не менее, проблема оставалась. Платон не сомневался в правильности своего решения — этот человек страдал и не был виновен в той степени, в которой его наказали, а убитый кочевник… ну, он свою судьбу выбрал сам. Простое решение, убить виновного, чтобы спасти невиновного. Пугало только то, как быстро он решился на это. Но куда важнее было, что у него не было никаких идей, что делать дальше. Прятать Криксара в повозке долго не получится — до Псайкры было не меньше 15 дней пути, ему нужна вода, ему нужно мочиться, ему нужно есть. Рано или поздно его заметят.

Платон проснулся от того, что повозка остановилась. В глаза ему ударил солнечный зайчик от ножа, который держал Игорь.

— В нашем фургоне кто-то есть. Сиди здесь.

Он спрыгнул с козел и начал медленно обходить повозку. Впереди идущие тоже остановились, сзади были слышны ругательства из-за неожиданной остановки. Платон, с трудом разлепив глаза, не сразу сообразил, что происходит. Дерьмо. В фургоне-то действительно кое-кто есть. Какого черта Криксар выдал себя так быстро?

Платон спрыгнул на землю и начал обходить фургон с противоположной от Игоря стороны.

— Стой, Игорь!

Но тот уже разрезал тесемки, удерживающие полог фургона, и крикнул внутрь:

— Вылезай оттуда! Быстро!

Черт подери. Раздался скрип, неловкие шаги. Игорь протянул руку и рывком вытянул из темноты Криксара, словно тряпичную куклу, прижал его к фургону, приставив к горлу нож. Лицо Игоря исказилось от гнева.

— Ты кто такой, сука?

Криксара затрясло, челюсть стучала так, что он не мог вымолвить ни слова. Платон подошёл ближе.

— Игорь, стой. Это я его посадил в повозку.

— Что ты сказал? — прорычал мужчина, разворачиваясь и отпуская бывшего раба. Острая кромка ножа оставила на горле Криксара тонкую царапину.

— Я сказал, что это я посадил его в повозку.

Игорь резко толкнул Платона так, что тот полетел в пыль.

— Какого хрена ты это сделал?

Некоторые караванщики, ехавшие позади, подошли ближе и с удивлением наблюдали эту сцену.

— Так было надо, Игорь, — спокойно сказал Платон, — успокойся уже.

Игорь надвигался на него с ножом, но остановился как только раздался хриплый окрик:

— Что тут происходит?

Амалзия стояла в нескольких метрах от них. Вид у неё был гневный. Она не была вооружена, но сейчас почему-то очень отчетливо вспомнился запах горящего мяса.

— Вы остановились, чтобы подраться?

Игорь сделал два шага вбок и вытолкнул вперед Криксара.

— Посмотри, кого с собой решил взять наш найдёныш! — В его голосе дрожал гнев. — Готов поспорить, это раб из Куары.