— То есть? Почему?

— Представь себе, я полностью вник в проблему. То есть я знаю, что вы ищете, зачем, что вы будете делать, когда найдете, какие будут последствия как в случае успешного решения, так и наоборот, что за всем этим стоит, что будет дальше и так далее. И всем, что я узнаю, я поделюсь со своими сотрудниками, когда буду ставить им задачу. Да мы тогда не обнаружим то, что вам нужно, никогда. Мы волей-неволей попытаемся подменить вас. Будем на все, что наблюдаем, смотреть через призму вашей проблемы, за всеми наблюдаемыми событиями будем видеть проявление этого вашего ЧВП. Вы заметили, что я даже не спросил вас, что означает эта аббревиатура? Я просто понял, что ничего хорошего за этим не стоит, и — все. А ведь нам надо просмотреть Время знает сколько картин и событий в фазах Сумеречных миров и найти то, что вам нужно. А уж просматривать это подробно, анализировать, то это или не то, принимать решения и действовать будете вы сами.

Магистр в продолжение всей этой речи одобрительно кивает головой, а когда Ричард заканчивает, хочет что-то сказать, но его опять опережают, на этот раз Андрей:

— Как вы сказали, Ричард, Сумеречные миры?

— Да. Так мы, наблюдатели, называем эту группу фаз. Это как бы предрассветные сумерки истории человечества.

— Если это сумерки, да еще предрассветные, представляю, что творится ночью! — замечает Лена.

— Красивый термин, — говорит Андрей. — Магистр, я предлагаю нашу задачу по поиску свободных переходов и базы ЧВП в низкочастотных фазах закодировать как “Операция “Сумеречные миры”.

— Не возражаю. Да будет так! А теперь — к делу!

— Магистр, — напоминает Андрей, — мы не обсудили еще, а что мы будем делать, когда обнаружим свободный переход или, чем Время не шутит, даже базу ЧВП.

— А это мы обсудим в более тесном кругу, из тех же соображений. Не стоит забивать Ричарду голову спецификой нашей работы, а то он, не дай Время, будет искать для нас объекты побезопаснее. Верно?

Ричард согласно кивает и добавляет:

— К тому же рано или поздно, волей или неволей я все равно неизбежно вникну в вашу проблему достаточно глубоко, но все равно буду держать это подальше от своих сотрудников. А сейчас я представлю вас своим сотрудникам и сформулирую им задачу.

Пока он вызывает на связь руководителей групп, я замечаю, что Катрин подошла к Лене и что-то тихо говорит ей. От меня не ускользнул быстрый взгляд, который Лена бросила на меня, и то, как, коротко что-то ответив Кэт, она задумалась. “Так, — отмечаю я, — наши девочки готовы поставить перед нами еще одну проблему. Поговорим об этом на досуге”.

На дисплеях появляются лица сотрудников Ричарда. Он представляет им нас и объясняет, что их отдел переподчиняется сектору Внедрения и Воздействия для участия в операции “Сумеречные миры”.

— Все коды и данные этих товарищей уже занесены на ваши компьютеры. При необходимости можете обращаться непосредственно к ним. А сейчас я поставлю вам задачу на наше участие в операции “Сумеречные миры”. Нам необходимо сосредоточиться на изучении событий в низкочастотных фазах. Предмет поиска: все необычное и аномальное в этих фазах. Я имею в виду необычное и аномальное с точки зрения этих фаз, так как в этих фазах практически все необычное и аномальное, с нашей точки зрения. Особый интерес будут представлять события, которые раньше в данной фазе не наблюдались или были исключительно редкими, но стали повторяться в ней с некоторой регулярностью. А уж если такие события в будущем этой фазы собираются войти в систему, связывайтесь с любым из них, — Ричард кивает на нас, — в любое время суток. Я правильно поставил задачу, Магистр?

— Я бы не смог сделать этого лучше. Повторю только один момент. Когда упыри пожирают ночного путника, это само по себе ужасно, аномально и необычно. Но нас интересует не сам этот факт, а то, что если раньше упыри выходили на охоту только раз в месяц в безлунные ночи, то сейчас они вдруг стали охотиться каждую неделю и пожирают путников не выборочно — только тех, кто идет по своей воле, — а всех подряд. Понятно?

Все согласно кивают, и Ричард говорит:

— Более подробно я поставлю вам задачу примерно через час. Возвращайтесь к текущей работе.

Ричард прощается с нами и уходит к себе. А мы наливаем себе по последней чашке кофе, и вдруг Андрей предлагает:

— А что, если нам, пока наблюдатели отрабатывают Сумеречные миры, порыться в более позднем Средневековье?

— Обоснуй, — просит Магистр.

— Видишь ли, в Сумеречных мирах ЧВП базируется, разворачивает свою деятельность. Но серьезных результатов он может добиться, если действует не одно поколение. Кто знает, не обнаружим ли мы, что такие деятели, как Чингисхан и его потомки, Игнатий Лойола, Кортес, тамплиеры и их аналоги в других фазах, — порождения ЧВП?

— Мысль интересная… Вот что, мы с Кэт сделаем вам подборку таких фаз, а вы их проработайте. В самом деле, нельзя замыкаться на одном. Ну а сейчас давайте разбежимся, отдохнем, благо день уже кончился, а с утра за работу.

Магистр достает из своего неисчерпаемого бара бутылку сухого вина. Мы с удовольствием выпиваем и, попрощавшись, расходимся.

Дома, перед сном, я решаю прогуляться. Но на дворе, оказывается, заметно похолодало. Небо затянуто тучами, моросит дождь, и дует порывистый ветер. Вот и пришла осень. Да, одет я явно не по сезону. Возвращаюсь домой, критически смотрю на синтезатор и решительно направляюсь к линии доставки. Вызвав себе куртку и осенние сапоги, переодеваюсь и снова выхожу. Около часа я брожу по лесным дорожкам, на которые уже начали падать желтые листья. Воздух, по-осеннему свежий, вначале взбодрил меня, и только к концу прогулки я понимаю, что устал. Интересно, от чего? Видимо, встреча с ЧВП оказывает все-таки какое-то влияние. Как все-таки резко наступила осень. Что-то здесь не то. Еще вчера мы с Леной купались в озере, а сегодня уже желтые листья летят.