Тратить всё оставшееся время на вот такие вот процедуры я не стал. Нужно, в конце концов, и отдохнуть. Выйдя из медитативного состояния, первым делом пошёл на кухню, чтобы отожраться от пуза, а затем упал в кровать, предварительно применив на себе Исцеление и Восстановление, а также Укрепление лишним не будет.

Что удивительно, проспал часов пять, хотя думал, что буду дрыхнуть подольше. В общем, до запланированного отбытия оставалось полдня, так что решил ещё раз всё хорошенько обдумать, не забыл ли я чего и вообще, может, что ещё толкового в голову придёт.

После получаса я понял, что не придёт, ибо расчёт был на Алого Древня, вот только я всячески старался понять, что мне стоит делать или нам. Что стоит делать в случае, если кровавый пенек не оправдает ожидания? Для начала нет уверенности в том, что, создав его, я получу такой же силы создание. Если перегиб с регенерацией был из-за источника, то вполне возможно, что и сила того Древня была тоже результатом увечного алого ядра. Но эти мысли я постарался откинуть, так как, если это правда, то шансов вообще никаких нет, и прощай Калипсо.

Далее в руках у меня кровавый хлыст, который, как и предполагалось, активируется, если лишь через него пропустить ману крови. Вот только была проблема — я этим хлыстом ещё себя могу пришибить, так как назвать себя опытным практиком в таком оружии не возьмусь. Хлыстом было намного тяжелее управлять, так что Воспитатель буду применять только в крайнем случае, и если поблизости не будет союзников.

Рев Дракона, который я восстановил, получился немного другим. К сожалению, своих артефактов я лишился, так что пришлось делать его опять на манер жезла, но уже с прикладом. В этот раз сделал его более мощным, так как воспоминания о размерах Арду еще были свежи в памяти. Подумав, что пробитие даже шириной в кулак взрослого мужчины вряд ли ту тварь сможет убить, а вот в баскетбольный мяч уже вполне. Про то, что мне повезет и попаду в голову даже и не думал, так как на везение в это раз рассчитывать не собирался. Так что Рев Дракона, словно стрелковое оружие, с помощью ремешка крепился мне за спину и в случае надобности будет применён.

Все эти меры были на случай, если так случится, что Алый Древень и его собратья не справятся с поставленной задачей, и я, дав пару устрашающих залпов напоследок, использую сто первый приём карате, точнее залезу на спину Баалу, прихвачу Сабину и Урсулу, Белор сам прицепится, не впервой, и мы, сверкая пятками, убежим в закат.

Этот вариант тоже нужно учитывать, ибо не факт, что нас не заметят заранее и не подготовятся. Но времени на разведку и долгие продумывания тактик и стратегий на случай неудачи нет. Жизнь Калипсо и так висит на волоске небытия, а в случае удачи со штурмом замка нужно будет ещё пробраться в подземелье и как-то использовать артефакт. При этом аккуратно убить подходящую вампиршу, чтобы её вообще можно было использовать как сосуд. Хорошо сохранившаяся женская тушка — это как бы не менее важная задача, чем лишение жизни вампиров и графа.

Вспомнив про подходящий сосуд и о том, какая разрушительная мощь у Алого Древня, задумался, и, если честно, встревожился. Судя по всему, пока пенек будет нести хаос и смерть, нам нужно будет как-то захомутать и летально угомонить вампиршу. Надеюсь, шанс подвернётся, а если нет… Нет, точно подвернётся.

Понятное дело, весь мой план — это безумная авантюра с надеждой на единственный козырь, который всех там покрошит, принеся нам победу, но в этот раз реально выхода нет и придётся рискнуть. Есть ради кого…

Где-то час я проверял все свои пожитки, артефакты, доспехи и последним из них мне в глаза кинулся меч.

«Перо Феникса», — проговорил я про себя.

Кстати, имя мечу дал я, вот только не учёл один момент. Раз меч, исписанный старшими рунами, в теории со временем должен начать обладать зачатками разума, то с чего я решил, что он откликнется на данное мной имя? И правда, с чего бы? Логично же, что я должен узнать его истинное имя, но вот вопрос — как это сделать?

Времени было немного, но всё-таки, если получится узнать, что же скрывает такой силы артефакт и в дальнейшем использовать его возможности, то нужно попробовать, а вдруг. Достав меч из ножен и положив его себе на колени, я погрузился в медитацию, направленную не столько на постижение себя, сколько на ощущение меча. Сказать, что у меня что-то получилось, не могу. Меч, конечно же, выделялся, чувствовалось, что в нём сокрыта какая-то сила, отличающая его от ремня у меня на поясе. Но как бы ни пробовал достучаться к нему, у меня никак не получалось. Насколько я знаю, мужская половина рода Феникса мертва, может, есть ещё женская, из-за которой мне и не удаётся достучаться к нему.

Линия крови, кровь… А что, если попробовать по-другому? Обратившись к ядру крови, я вместо щупов магии жизни направил уже кровь в меч. Теплое свечение вмиг изменилось, постепенно меняя свой мягкий желтый свет на алый. Чем сильнее алая мана наполняла меч, тем сильнее ощущался меч, не могу точно описать, что же ощущал от него, нечто странное, загадочное и доселе мной невиданное.

Как только меч был поглощён алой маной, от его ядра стала исходить слабая пульсация, словно биение сердца. После двадцати сокращений, я почувствовал, как нарастает температура клинка. А после сорокового от клинка начал исходить реальный жар, причиняющий мне уже серьёзный дискомфорт. В какой-то момент я понял, что чем сильнее я наполняю меч магией крови, тем быстрее пульсирует его ядро, а чем быстрее оно пульсирует, тем сильнее раскаляется клинок.

Спустя минуту меч не только повысил температуру в моей комнате на градусов двадцать, но и его алое свечение начало освещать всё вокруг не слабее электрической led лампы. Я было уже начал расстраиваться. Мы же ночью планировали совершить нападение, а в таком случае алый меч привлек бы ко мне ненужное внимание. Но в какой-то момент свечение исчезло, оставив лишь кровавые всполохи с обеих сторон клинка. Однако, когда я уже подумал, что чудеса завершены, увидел, как светящиеся алые полоски стали расти на моих руках. В этот раз рост полосок сопровождался действительно приятным покалыванием. Алые линии быстро скрылись под доспехами, но я отчётливо ощущал их движение, так как покалывание не прекратилось.