Я еще не все рассказал Айвори, мне нужно принять решение по поводу этого бардака, прежде чем доложу обо всем. И есть еще один секрет, который я утаил, и который должен раскрыть сейчас. — Я хочу кое-что рассказать тебе о Прескотте Риварде.

Ее взгляд темнеет.

— Он будет добиваться, чтобы тебя уволили? Или попытается выдвинуть обвинение?

— Я достаточно напугал его, чтобы он помалкивал, но это ненадолго. Страх, в конце концов, померкнет. А потом... я не знаю.

— Я пойду в полицию и объясню, что произошло.

— Нет, ты этого не сделаешь. — Я обхватываю рукой ее талию, готовясь к тому, что она рванет прочь. — Я обещал его матери место в Леопольде.

Проходит целое мгновение, прежде чем Айвори напрягается в моих руках.

— Почему?

— Она дала мне работу в Ле Мойн в обмен на мои связи. Я должен буду сделать так, чтобы Прескотт попал в Леопольд.

— Связи? Леопольд принимает только талантливых студентов.

— Моя мать занимает место в Совете попечителей. Она пропустит его без официального прослушивания.

Айвори внимательно изучает выражение моего лица, упираясь рукой в мою грудь и выдерживая расстояние между нами.

— Это повлияет на мои шансы, не так ли?

— Если я направлю на тебя внимание, придут вербовщики. Они будут присутствовать на общешкольном представлении и…

У нее перехватывает дыхание.

— Они увидят игру Прескотта и, возможно, отклонят его заявку.

— И вместо этого примут твою. — Я провожу рукой по шелковистым волосам и прижимаюсь губами к ее лбу. — У тебя больше таланта, чем у кого бы то ни было в Ле Мойн, но если я попрошу свою маму пропихнуть двоих...

— Не получится. — Она откидывает голову назад. — Если меня примут в Леопольд, это будет зависеть только от моих заслуг и таланта.

Я прижимаю ее к себе, чувствуя, как за грудиной пульсирует боль. Сдерживаюсь, чтобы не трахнуть ее.

— Я сделаю все правильно.

— Каким образом? Ты ведь не просто так согласился на эту сделку, верно? Из-за Шривпорта?

— Да, но я могу получить работу за пределами штата. — Я приподнимаю ее подбородок и целую, улыбаясь ей в губы. — Или могу стать пиратом.

После случившегося дерьма с Прескоттом сегодня вечером моя отставка может принести для Айвори новые осложнения.

— Декан просто заменит тебя другим человеком. — Она пальцами поглаживает мой подбородок. — Она наняла тебя на неправомерных условиях и стерла рекомендации миссис Маккракен из моего досье. Понятно, что его мать затеяла дьявольскую миссию. Почему она так хочет, чтобы ее сын поехал туда?

— Это лучшая школа с самыми богатейшими ресурсами. Допуск Прескотта — это ее попытка поднять власть и статус Ле Мойн. Или кто знает? Может быть, она мечтает когда-нибудь восседать там на троне.

Айвори кивает головой, задумчиво нахмурившись.

— Если ты уйдешь, у Прескотта будет недостаточно стимула держать рот на замке. После сегодняшней ночи он может предоставить своей матери все рычаги, чтобы избавиться от меня.

Именно этим забита моя голова. Я совершенно точно знаю, что не покину ни Ле Мойн, ни Айвори. Я умнее и проворнее Беверли Ривард, и у меня есть несколько месяцев, чтобы решить, какой метод и уровень жестокости использовать, чтобы победить ее.

— Я понимаю, почему ты это сделал. Почему согласился на сделку. — Айвори проводит пальцами по моей груди, наблюдая за движением. — Даже после того, что натворила Джоанн, трудно отпустить. Отойти в сторону.

У меня перехватывает дыхание от точности ее заявления. Она права, но не знает настоящей проблемы, над решением которой я бьюсь все это время. А мои чувства к Джоанн? Они настолько притупились, что больше не управляют моими действиями.

Веки Айвори тяжело трепещут, ее конечности расслабляются вокруг меня, и она бормочет себе под нос:

— Все возможно.

— Что именно?

— Я собираюсь поступать в Леопольд.

Какая упрямая и до боли восхитительная. К сожалению, я понятия не имею, что с этим делать.

Я не хочу откладывать ее сон на потом, но есть еще одна вещь, которую мне нужно знать.

— Где друг твоего брата?

Ее глаза распахиваются, а голос срывается на крик.

— Что?

— Он исчез после того, как изнасиловал тебя? Или он все еще здесь?

В тусклом свете ее лицо становится бледным, скулы твердеют.

Внутри меня все замирает, сдавливая горло и заглушая голос.

— Скажи мне.

Она откидывает одеяло, перекатывается на меня и прижимается лбом к моему лбу.