Шрифт:
— Ты создал дождь, — прошептала она. — Ты создал дождь!!!
— А ты создала меня, — ответил Орайя, опускаясь перед ней на колени и утыкаясь лбом в ее стопы.
Это был момент, когда лишь одна она стояла на своих ногах. И тысячи людей вокруг, тех, кто отвернулся от нее, тех, кто спас ее и вырастил, тех кого она повстречала совсем недавно, — все они стояли на коленях перед ней.
Айя протянула к своему зрячему руки. Орайя медленно поднялся, и обернулся к Великой Матери.
— Помилуйте тех, кто покинул ваши поселения, — громко произнес он. — Мы, в свою очередь, обещаем не вмешиваться в ваши порядки, чтить и уважать ваши законы. Мы никого не станем забирать насильно или принуждать к чему-либо. Они будут свободны в своем выборе и волеизъявлении. Земля — одна на всех. Мы будем стоить свои города, вы — свои. И врата в этих городах будут открыты для всех! И еще кое-что… — более тихо произнес Орайя, склоняясь к Великой Матери и помогая ей встать на ноги. — Я желаю взять в жены одну из ваших дочерей.
Женщина улыбнулась ему, почему-то.
— Летописи никогда не обманывали нас, — произнесла она.
Орайя нахмурился.
— «…И возьмет он в жены одну из дочерей I-ho. И свяжет этот союз тех, кого породил Создатель в разных Мирах. И покажет он им, что земля для всех — одна, что все для земли — равны», — прошептала она. — Огласи имя своей избранницы, Спаситель.
— Aja Amijadja.
— Выкрутился все-таки… — тихо произнес Кейти, сидя в грязи и даже не пытаясь подняться.
— Т-ш-ш, — шикнула на него Имайя, сидящая рядом.
— Можно подумать, никто не понял, почему он выпроводил всех нас из лагеря…
— Кейти!
— Если я встал на колени перед ним, это еще не значит, что я не могу разбить ему лицо!
— Кейти…
— Если бы он не поднял этот вопрос сейчас, я бы на нем живого места не оставил…
— Кейти…
— Что?!
— Заткнись!
Глава 26
На закате, когда диск Амира стал размером с две ладони Орайи, он вошел в центр круга собравшихся вокруг людей. Стоя в настоящем платье черного цвета, шлейф которого лежал за его спиной, он ждал, когда навстречу ему выйдет она.
Люди начали расступаться, пропуская вперед Великую Мать, разодетую в золотое платье с таким же длинным шлейфом, как и у Орайи. Остановившись напротив зрячего, она подняла руку вверх призывая всех к молчанию.
— Зачем ты пришел сюда? — громко спросила Великая Мать на языке I-ho.
— За своей половиной! — на том же языке ответил Орайя.
— Тебе известно ее имя?
— Ее зовут Айя!
— Склони свои колени перед женщиной, которую желаешь назвать «своей»!
Орайя опустился на колени и склонил голову.
Он знал, что смотреть на Айю, пока она не подойдет к нему, нельзя. Он помнил все слова, заученные наизусть на ее родном языке. Но все равно, в момент, когда все притихли, он едва не поднял свою голову и забыл все, о чем должен был говорить. Великая Мать вовремя опустила ладонь на его темя и с осуждением посмотрела на тех, кто начал смеяться.
— Ты знаешь этого мужчину? — спросила женщина у Айи.
— Его зовут Орайя!
— Почему ты вышла к нему?
— Потому что он — моя половина!
Айя сделала несколько шагов, останавливаясь рядом с ним. Приподняв подол ее белого платья, Орайя наклонился ниже и поцеловал каждую из ее босых стоп. Вот он, этот момент. Орайя поднял голову и посмотрел на нее. Маленькая, хрупкая, она стояла рядом с ним в белом платье. Она склонила свою голову, позволяя ему заглянуть в ее раскосые глаза. Бледное лицо украшал витиеватый рисунок. Странная краска поблескивала на свету, переливаясь в лучах Амира. Такой же рисунок покрывал ее шею, руки, ее ноги. Орайя почувствовал сладкий привкус этой краски на своих губах и улыбнулся.
— Орайя, — обратилась к нему Великая Мать, — если засуха уничтожит весь урожай, что ты сделаешь?
— Я отдам ей все, что будет у меня, — ответил он.
— Если вода исчезнет из запасников, что ты сделаешь?
— Я отдам ей последнюю каплю, что будет у меня.
— Если Ami ниспошлет на нее свой гнев, что ты сделаешь?
— Я отвечу вместо нее.
— Когда настанет твое время уходить, что ты сделаешь?
— Я заберу ее с собой.
— Почему ты сделаешь это?
— Потому что нет меня без моей половины!
— Айя, если засуха уничтожит весь урожай, что ты сделаешь?
— Я отдам ему все, что сохранила для него.
— Если вода исчезнет из запасников, что ты сделаешь?
— Я отдам ему свои слезы, чтобы он мог их пить.
— Если Ami ниспошлет на него свой гнев, что ты сделаешь?
— Я приму наказание вместе с ним.
— Когда настанет его время уходить, что ты сделаешь?
— Я пойду за ним.
— Почему ты сделаешь это?
— Потому что нет меня без моей половины!