Казалось, эта оплошность должна была его научить, он должен был отказаться от своих хулиганств, начать все планировать аккуратно, с как можно большими шансами на успех, исключать скользкие ситуации. Но нет. Он предложил Эдемцам настолько наглый план, что поначалу его приняли в штыки. Затем обсудили и пришли к выводу, что он слишком рискованный. Потом собрались вновь и уже в деталях все разобрали, снова утвердившись в мысли, что нечего даже и пытаться. Ну а потом ему дали «добро» на выполнение.

Причем Лисицкий, как опытный управленец, администратор и просто интриган, рассказав о своем плане, не пытался никого убедить, уговорить. Поступи он так — то первое же обсуждение стало последним. Но случилось иначе — Лисицкий позволил членам совета Эдема промариноваться в собственном соку, пообкатывать в голове его план. В результате они сами себя уговорили и попытались сгладить все углы. Еще бы — тут любой будет локти кусать — уж слишком многое стоит на кону. Деньги, редкие ресурсы, огромные возможности, а главное — возможность сохранить жизнь, или же существенно увеличить на это шансы. Все это возможно в случае, если план Лисицкого удастся.

И вот, первый этап закончился. Пираты Якуба успешно держали блокаду вокруг базара. Они смогли захватить целый флот транспортных кораблей. Теперь предстояло начать действовать группе Дмитрия — бывшего хакера, читера и по совместительству — демпфера.

И вот здесь Лисицкий отошел от своих правил, решив самолично поучаствовать в спланированной им же самим операции.

Зачем ему это надо было? Он бы и сам не смог ответить на этот вопрос. Быть может, хотел доказать самому себе, что способен на подобное, что не трус и не тыловая крыса. Быть может, за счет прямого участия в операции он надеялся заработать себе репутацию, а быть может, взыграло желание испытать новые ощущения.

Нет, он не боялся смерти, ну или просто убеждал себя, что это попросту невозможно. Погибни он даже во время блокады Базара — спустя несколько часов он, как ни в чем ни бывало, очнулся бы внутри капсулы клон — центра Эдема.

Боязнь смерти здесь была не при чем, да и угроза исчезнуть раз и навсегда как таковая отсутствовала. Не боялся он и запороть операцию — ему выпала роль бойца. Или, скорее уж балласта — стрелял Лисицкий паскудно.

Так что же его смутило? Что заставляло бояться предстоящего? Он не знал. Но опустив ногу в холодное нутро крио-капсулы он понял, что не хочет находиться в ней, в не хочет спать несколько дней, не хочет участвовать в захвате лично. Он осознал, чего боялся.

Но было уже поздно. Аккуратно, но цепко схватившие чужие руки, протащили тело Лисицкого к капсуле и пока он пытался развернуться на неудобном ложементе, защитная крышка успела закрыться.

Лисицкий ударил в стекло рукой и ощутил, насколько стало холодно. А в следующую минуту он в прямом и переносном смысле превратился в заледеневшую, словно на морозе, статую.

А рядом, в соседних капсулах, в таком же состоянии находились десяток бойцов, во главе с Дмитрием.

В скором времени их всех отправят в контейнер, а уже контейнер будет доставлен на корабль, который, проскочив все ирдские посты и проверки, сможет высадить эту небольшую, но решительно настроенную группу на Базаре.

Испуг, нежелание продолжать участвовать в операции были последними эмоциями и мыслями, проскочившими в голове Лисицкого. А затем он замер. Словно перестал ощущать себя и окружающий мир. Словно все стало на паузу.

Сколько это состояние продолжалось — он не знал, но ему показались, что прошла целая вечностью. Несколько дней назад техник — орденец, отвечавший за эту часть операции, инструктировал всю группу и пояснял предстоящее:

— Как долетите до станции, капсулы активируются и вы очнетесь.

— Как после сна? — поинтересовался Лисицкий. Нельзя сказать, что его это очень интересовало. Спросил скорее для галочки, о чем в дальнейшем очень сильно пожалел- лучше бы и не знал ничего.

— Скорее как после комы. — Флегматично ответил техник. — Ваши тела будут охлаждены. Все процессы в организме либо остановятся, либо замедлятся. Затем капсула вернет вас к жизни.

— Так мы будем мертвы? — ужаснулся Лисицкий.

— Ну, в каком-то смысле да. — Пожал плечами техник. — А в каком-то, это можно назвать сном. Гибернацией организма. На вашей планете есть животные, которые впадают в спячку, когда окружающая температура им не подходит, или когда наступает сезон, в котором для них банально нет еды?

Лисицкий тут же вспомнил медведей.

— Есть такие. Но они ведь не в кому впадают.

— Не впадают. Но их организм все равно находиться в неком подобии анабиоза — они не едят, нет отходов жизнедеятельности. А главное: многие параметры, можно сказать, жизненно важные, существенно снижаются. Не знаю как на вашей планете, а на одной из тех, где довелось побывать мне, были такие животные — альтаки. Это хищники. Они активны только в жаркий сезон. Когда наступают дожди, а затем и холода, альтаки вырывают себе глубокую нору и там несколько дней пируют тем мясом, которое им удалось найти и припрятать в период активности. А затем засыпают. Я и несколько моих коллег решили понаблюдать за ними. Оказалось, что у альтак, когда они засыпают, даже пульс изменяется — он ниже обычного ритма в несколько раз. Есть и другие параметры, которые изменяются. Когда альтак просыпается — ему нужно несколько дней, чтобы прийти в норму. Вот и в вашем случае все будет происходить практически так же. С той лишь разницей, что восстановитесь вы достаточно быстро — капсулы снабжены всеми необходимыми стимуляторами.