Шрифт:
— А что с ними? — спросил я, чувствуя какое-то смутное беспокойство, — это что-то дико далёкое, да? Может, в другой галактике?
— Нет, Гриша, — Катя улыбнулась, — совсем нет. Каких-то двенадцать световых лет.
— И… что там находится? Таинственная аномалия?
— Там находится система звезды Тау Кита, — ответила Катя.
— Двенадцать световых лет… — проговорил Лев, — даже с нашими технологиями об этом пока и мечтать не следует. Наш корабль-ковчег добрался бы туда за полтора века. Но вы ведь планировали послать его в совсем другой сектор, верно?
— Ты что, был в курсе этого проекта? — нахмурился я, ощущая нечто вроде укола ревности.
— Гриша, он помог нам достать седьмой тюрвинг с Луны, — пояснила Катя, — он курировал этот проект, как представитель ближнего круга.
— Вот как…
— Так что мы обсуждаем, если в ближайшее время нам туда точно не добраться? — Кай пожал плечами, — может, вернёмся к плану планетарной обороны? Я вот не уверен, что Считыватели в нашем случае будут действовать обычным образом. Может, они уже к нам проникли, и готовят массовые исходы, как тогда, в городе…
— Я бы почувствовала, — заметила Катя, — за прошедшее время я научилась таким вещам. Но дело в том, что у нас есть возможность провести разведку этих координат уже сейчас. Точнее не у нас. Она есть у Гриши.
Я не сразу смог поверить, что она это серьёзно. Но выражение её глаз не оставляло сомнений.
— Думаешь это того стоит? — спросил я.
— Расчеты показывают, что да, — в этот раз Катя уверенно смотрела мне прямо в глаза, — можешь войти в режим, проверить.
— Вот как… — в режим я входить не стал.
— Стоп! — Кай в уже вполне земном жесте выставил впереди ладони, — вы что, серьёзно все? Вы хотите, чтобы он отправился к другой звезде? С этой… с этим… — он пару раз щёлкнул пальцами, подбирая подходящее слово на русском, после чего выдал: — пукалкой!
— Кай, тюрвинг это всё-таки более серьёзная вещь, чем пукалка, — ответил я спокойно и серьёзно, — и потом. Ты же видел — венерианцы целую межзвёздную капсулу на его базе построили!
— И чем это для них закончилось, ты помнишь?
— Я думаю, Катя права, — сказал я, — надо разведать. Но мне понадобится помощь. Приборы. Запасы. В одном скафандре такое путешествие будет слишком затруднительным.
— Тогда я пойду с тобой! — Твёрдо сказал Кай.
— Это в два раза увеличит число требуемых прыжков, Кай, — заметил я, — а, значит, в два раза удлинит миссию. Учитывая, что Считыватели могу вернуться в любое мгновение — это не то, что мы себе можем позволить.
Кай набрал в грудь воздуха, но, видимо, не смог подобрать нужных аргументов. Он выдохнул.
— Это безумие, — сказал он.
— Кай, — ответил я, — когда мы с тобой приземлились на челноке на Землю впервые, мне это тоже казалось безумием. Я даже был уверен, что мы не сможем добраться до нашего времени. Я только хотел попытаться.
Напарник вздохнул. Глянул мне в глаза. Потом спросил:
— Тебя не переубедить?
— Нет, Кай. Извини.
— Тогда я возьму на себя подготовку твоего снаряжения, — сказал он, — если ты не против.
— Спасибо, — кивнула Катя, — это очень поможет. У нас мало людей с нужным допуском.
— Сколько у меня есть времени? — спросил я.
— Часов двенадцать, Гриша, — ответила Катя, — мы вынуждены действовать очень быстро. Я буду помогать Каю.
— Ясно, — кивнул я, — все тюрвинги там, где я думаю?
— Да, Гриша, — кивнула Катя, — после того, как вы приземлились, они не покидали хранилища. Какой тебе нужен? И для чего?
— Перемещения, конечно, — я пожал плечами, — мне надо кое-кого навестить. Я повёл себя по-свински, ограничившись телефонным разговором. Надо это исправить.
— У тебя были обстоятельства некоторые… — заметила Катя.
— Обстоятельства всегда есть, — ответил я, — но надо уметь оставаться людьми.
7
Вот уж никогда бы не подумал, что не способен полностью контролировать внешнее проявление своих чувств. Но всё когда-то бывает впервые.
Когда я увидел, как мама выходит из симпатичной виллы, на самом берегу моря, возле Олимпийского парка, во мне словно кто-то обрезал тугую струну, удерживавшую меня всё это время.