– С нами все будет о'кей, – вернулся к жизни Гарри.

Джойс продолжала молча смотреть на Рэйлена, только на мгновение отвела глаза, чтобы запустить двигатель. Рэйлену стало немного не по себе.

– Пока, – сказал Гарри. – Еще увидимся.

– Береги себя, – сказал Джойс.

– Не беспокойся, – улыбнулся Рэйлен.

Но Джойс не улыбнулась в ответ и даже не попыталась изобразить улыбку.

Из-за стоящего впереди «фиата» «мерседесу» пришлось дать задний ход, а когда он поехал вперед, Рэйлен увидел, что лицо Джойс серьезное, почти торжественное, какое бывает у людей в церкви. На мгновение он подумал, не верующая ли она, прежде такая мысль просто не приходила ему в голову. И сразу же раздался голос Гарри:

– Вот что хочешь говори, а я не верю, что ты найдешь Роберта в целости.

На этот раз Зип дал ему «таргу», пистолет 32-го калибра с шестью патронами в обойме.

– Шесть? – спросил Ники. – И всего-то?

– Это на пять патронов больше, чем нужно, если делать все правильно, – ответил Зип.

Разговор происходил в той самой квартире, предоставленной им итальянскими друзьями Зипа. Ники оглядел пистолет, попробовал его механизм, а затем взял рукоятку обеими руками, зажмурил левый глаз и прицелился в картину, висевшую на ближней стене, – натюрморт с какими-то там фруктами. А затем развернулся, чтобы прицелиться во что-нибудь более удаленное, и увидел спину стоявшего у окна Зипа. «Ну до чего же просто, взять вот так и – бабах!» – подумал Ники, целясь в позвоночник Зипа, но тут Зип обернулся. Увидев направленный на себя пистолет, Зип не испугался и не возмутился, поэтому, опуская оружие, Ники так и продолжал глядеть, прищурив один глаз, – пусть Зип знает, что и такое возможно.

– Есть только один способ застрелить человека в спину, – сказал Зип. – Это когда он перед зеркалом, чтобы он видел, как ты его убиваешь. Вот так застрелили Эда Гросси. Ты знал Эда, того, который был до Джимми Кэпа? Он пользовался иногда квартирой в Бока-Ратон, вот там его и нашли, в ванной. Лежал на полу, а зеркало – большое зеркало во всю стену – было заляпано кровью и его мозгами. Так что было понятно – он видел, кто его убивает, стреляя ему в затылок.

Этот разговор состоялся вчера.

А сегодня вечером, когда этот цветной уже сидел в соседней комнате, позвонил Бенно, ему потребовался кто-нибудь, умеющий говорить по-английски, и телефон передали Ники. А там оказался этот ковбой, и ковбой сказал, что знает – Роберт у них, и посоветовал не делать Роберту ничего плохого.

– Ты затем и позвонил, чтобы мне это сообщить? – спросил Ники, а ковбой сказал, что хочет поговорить с Зипом, и тогда Ники спустился в комнату Зипа и сказал ему.

– Так и думал, – сказал Зип, – что он скоро начнет вынюхивать. Откуда только он знает, что цветной у нас, и кто дал ему этот номер?

– Почему бы тебе самому не спросить? – поинтересовался Ники.

– Я занят, – покачал головой Зип.

Поэтому Ники пришлось бегать взад-вперед и пересказывать каждому из них слова другого. Нужно ли сообщить ковбою, что с цветным никто еще не беседовал и его пока что пальцем не тронули? (Все недоумевали, чего это дожидается Зип.)

– Не говори ему ничего, – приказал Зип.

– Передай Зипу, – сказал ковбой, – что я могу устроить с ним обмен – Бенно и Марко за Роберта Джи, двоих за одного.

Ники вернулся в холл и пересказал это Зипу, который стоял в двери своей комнаты в купальном халате, под которым, похоже, больше ничего не было.

– Скажи ему, – ответил Зип, – что он может оставить себе и Бенно и Марко. Вот если он желает обменять Гарри – тут можно и сговориться. Если он хочет со мной поговорить – о'кей, пусть приезжает в то кафе, и ты его там встретишь. Скажи ему, что он сможет взглянуть на цветного.

– А что потом? – спросил Ники.

– Потом привези его сюда.

Зип закрыл дверь. Там у него была эта шлюха в белых туфлях.

От холодного ночного воздуха на теплом лобовом стекле выпала роса, и Рэйлен включил «дворники» на самый тихий ход. Мостовая пока оставалась сухой. Он свернул на Виа-Венето и увидел Ники; тот стоял у самого края тротуара, а за его спиной в темноте еле различались пирамиды сложенных на ночь столиков кафе. Пригнув широченные, обтянутые кожаной курткой плечи, Ники заглянул в машину; Рэйлен ожидал, что после долгого торчания на улице в такую промозглую погоду парень будет в кислом настроении, он и в хороший-то день не отличался особо веселым и доброжелательным нравом.

– Где тебя черти носили? – с ходу спросил Ники, открыв дверцу. – Ты хоть представляешь себе, сколько я уже тут торчу?

Видали? Словно это Рэйлена хоть самую малость колышет. Будто доставить этому щенку удовольствие – главная цель его жизни. Потом Ники спросил, где Рэйлен взял эту машину и чья она, но ответа ждать не стал. Он сказал, что тут у него стоит своя, так что припаркуй эту где-нибудь и поторапливайся. Он так и брызгал желчью.

– Садись в машину, Ники, – сказал Рэйлен, подняв лежавший на соседнем сиденье обрез.