Счастье… Наверное, для принца в изгнании, за жизнь которого готовы отвалить целую горку золотых кругляшей, у которого нет союзников, почти нет слуг, а вот недоброжелателей больше чем можно себе представить — это не самое подходящее чувство. Но заявляю с уверенностью, пока Нарси со мной, мне всё по плечу.

«Главное — не сложить свою голову столь же глупо, как это получилось в первый раз. Расслабляться нельзя, пусть здесь вроде бы и нет монстров вроде высших магов, но и я сейчас не в той форме, чтобы отбиться хотя бы от второкурсника Хогвартса», — прикрываю глаза и вслушиваюсь в тихое дыхание моей малышки, наконец-то задремавшей и видящей сладкие сны.

Почему-то когда говорят о перерождении, почти никогда не упоминают о том, с какими проблемами это происходит. Ритуал, который мы проводили для Тёмного Лорда, недаром потребовал участия почти трёх десятков не самых слабых волшебников, кучу жертв и подпитку от сильного родового алтаря. Даже представлять не хочу, что получилось бы, если бы тем же самым занимался какой-нибудь недоучка где-нибудь на кладбище, да ещё с использованием некачественных составляющих… Ну да не о том сейчас.

Методики сохранения своей личности помогли мне сохранить себя после гибели тела, но вот из мира меня выкинуло словно теннисный мячик после слишком сильного удара ракеткой. Ничего не могу сказать о том времени, когда у меня не было тела, так как восприятие сбоило, да и все ресурсы оказались сосредоточены на защите ядра личности, знаний и сохранении энергии. Всё же ориентированию в бестелесной форме меня никто не учил, а на полуформу трансгрессии (когда волшебник обращается в нематериальный дым) это вовсе не похоже.

Однако как бы там ни было, в какой-то момент меня затянуло в мир и притянуло к новому телу. Тут бы и начать радоваться, но выяснился неприятный факт: личность взрослого волшебника, пусть и слегка потрёпанная, не умещается в маленьком мозге младенца. Пришлось направлять собственные силы на то, чтобы моё же ментальное тело не выжгло новый сосуд души.

С первых же дней вселения у меня-Визериса болела голова, а также мне постоянно хотелось есть, так как мозг пожирал все поступающие ресурсы, требуя на своё развитие всё больше и больше. Какие-нибудь крестьяне, поняв только то, что ребёнок болен, сразу же избавились бы от него, но сыну короля подобной судьбы бояться не следовало.

Моя семья в этом мире… род сквибов, в которых почти не осталось следов магии, предки которых являлись потомственными драконологами, при помощи своих питомцев завоевавшими целый материк (большую его часть). Прибыли они из страны, которая погибла из-за массового извержения вулканов, что могло быть следствием неудачного ритуала высшего мага, а затем произошло вырождение…

Ни одна наука, в том числе и магия, не может развиваться и даже сохраняться на прежнем уровне, если нет сколь-нибудь большого количества носителей знаний. Изначально у Таргариенов были драконы и магия, которую люди связывали с владением этими магическими животными (обычная подмена причины и следствия), но вместо того, чтобы создать магическую школу вроде Хогвартса и устроить питомник своих монстров, они подались в политику, стали завоевателями и объединителями… забыв о том, что гарантировало их могущество.

«Где алтарь Таргариенов? Где побочные ветви рода? Где артефакты, книги, порабощённые духи? Да они даже клятву верности низвели до сотрясания воздуха громкими словами, как у… у… маглов!» — вспышка негодования угасла столь же быстро, как и появилась, а по телу разлилось тепло и счастье от ощущения присутствия столь близкого и родного существа…

Вынужден признать, что первые Таргариены сделали многое: объединили Семь Королевств, установили на большей части земель власть религии, полной поддержкой которой заручились при завоевании (гениальный в своей простоте ход, который сразу же делал магию проявлением чуда, а не черномагической ересью); сделали обязательным знание общего языка и установили единую валюту, что резко облегчило торговлю; прижали к ногтю разных бандитов сколь-нибудь крупного масштаба. Даже практика инцеста в первых поколениях была оправданной, так как позволяла получить наследника с магической силой, но проблема обнаружилась в том, что не имеющие должного образования потомки… решили так, будто бы инцест для их избранного богами рода — это нечто нормальное.

«Деградировавшие идиоты: будто бы не понятно, что основатели династии специально плодили бастардов, желая получить как можно больше волшебников и сквибов, чтобы уже из них создать самостоятельные магические рода, при помощи которых разбавлять свою кровь. По уму уже через шесть поколений должно было получиться небольшое магическое сообщество, вроде какого-нибудь японского клана, внутри коего продолжалась бы проводиться селекция, с осторожным вливанием свежей крови», — лично для меня этот вариант был очевиден, но вот современные Таргариены почему-то видели какой-то мистический, а отнюдь не практический смысл в близкородственных связях, в результате чего докатились до почти полного вырождения (которое сопровождалось психическими отклонениями в той или иной степени тяжести).

Мать моего нынешнего тела была высокомерной, но при этом достаточно слабохарактерной женщиной, которая могла всю ночь проплакать в подушку из-за того, что сын ей не улыбнулся; отец видел драконов в огне, а ещё — боялся заговоров и считал, что огненные ящеры нас всех защитят, ведь Таргариены «Рождены от крови драконов» (после заключения в темнице мятежного лорда он боялся всех, кроме пары Белых Плащей, но при этом по-своему любил жену и своих детей); брат, которым долгое время восхищались во всём Вестеросе, на самом деле оставался мечтателем и эгоистичным ребёнком, верящим в собственную избранность из-за какого-то пророчества…

«Ненавижу пророчества… и пророков… и мейстеров. Этот культ «учёных мужей», контролирующий переписку всего королевства и регулирующий образованность как лордов, так и их подданных, если и был когда-то полезным, то сейчас является злокачественной опухолью на теле государства. Не удивлюсь, если отсутствие прогресса на протяжении сотен лет истории — дело их рук», — откидываюсь на спинку кресла и слегка улыбаюсь, вновь и вновь окунаясь в эмоции маленькой Нарси…

С самого своего вселения я был вынужден терпеть постоянную головную боль, которая накладывалась на физическую слабость, а также необходимость сдерживать собственную силу, что привело к пассивности, граничащей с безразличием, скупости мимики, отсутствию успехов в науках и фехтовании. То, что подобную живую куклу не отправили куда-нибудь подальше от замка, уже является доказательством того, что отец меня любил и заботился, пусть и в своей манере.