Маджа упрямо не согласилась:

— Моя мама говорила, что Всеобщий Путь ведёт только к Создателям. Иначе зачем нам идти по нему?

Учитель требовательно поднял руку с раскрытой ладонью и повысил голос:

— Есть разные мнения о том, куда ведёт Всеобщий Путь. Есть и те, которые не верят, что он ведёт куда-либо, и что есть только Путь, а не то место, в которое он ведёт.

— Моя мама говорила…

— Я не подвергаю сомнению слова твоей мамы, — ответил учитель. — Но в Доме Опыта вы получите все толкования Всеобщего Пути, а не только те, в которые верит ваш род.

Я убрал Внутренний Взор и отошёл к скамейке.

Правда о Самиране разрушила не только мои планы, но и расчёты Похара Те-Танга. Бедный мужик! Он и его сословие рассчитывал на мою женитьбу на Виви и союз Те-Танга и Карехи.

Получалось, что прекрасная Мадхури Саран знала всё с самого начала. Мать всегда знает, кто истинный отец её ребёнка. Для этого и готовила своего сына к выбору целительского сословия.

Но что делать мне? Ведь я не Самиран. Я ничего ей не должен. Кроме тела её сына.

В отчаянии я даже обратился к Внутреннему Голосу:

— Что мне делать?

«Между нами непонимание».

— Какое озарение мне выбрать?

«Выбор озарения — личное дело каждого».

На скамейку рядом со мной опустился учитель Гиан Атти:

— Ты не усвоил озарение, Самиран.

— Вы сами сказали, что можно не спешить.

— И ты правильно поступил, — кивнул учитель. — Спешка в таком деле нужна лишь тем, кто полностью отдал свой Путь роду или сословию. Но ты даже не принял имя рода.

— И откуда вы всё знаете обо мне?

— Озарение «Чтение Путей». Оно помогает нам узнавать учеников без прямого знакомства с каждым.

— Но ведь у ментов… то есть у небесных стражников тоже есть это озарение?

— Конечно, — усмехнулся он. — Оно помогает им узнавать имена преступников.

— А какие ещё есть особенные озарения для учителей?

— Хм. Мне редко задают такой вопрос. Ты хочешь стать учителем?

— Нет-нет! Ни за что!

От моих резких слов Гиан Атти поник:

— Горькая доля учителя: знать многое, уметь малое, а владеть ещё меньшим.

— Вы не поверите, но я разделяю вашу боль. И всё же, что есть у учителей?

— Ну… — задумался Гиан Атти. — Мне нравится озарение «Ясность Мышления», которое позволяет запоминать что угодно в мельчайших деталях.

— Но разве Внутренний Голос не делает за нас то же самое?

— Верно. Но «Ясность Мышления» предназначена не столько для запоминания, сколько для использования запомненного. «Ясность Мышления» делает человека необычайно прозорливым, позволяя самому узнавать суть вещей. Человек сможет находить такие связи между предметами и явлениями мира, какие не увидят другие. И делает это намного быстрее других.

— Короче, «Ясность Мышления» делает умнее?

— Можно так сказать. А вернее — помогает использовать ум точнее и быстрее.

— Но ведь это очень полезное озарение?

— Как у всех озарений на Пути Двенадцати Тысяч Граней, у «Ясности Мышления» есть неприятные стороны.

— Это какие?

Старший учитель Гиан Атти замялся:

— Ты же видел самого старшего Дома Опыта?

— Гуро Каалмана?

— Он всю жизнь использовал яркое озарение «Ясность Мышления», подстёгивая его такими же кристаллами. И сам видишь, что к старости его ум ослаб намного больше, чем у других. Теперь он ясно мыслит только во время использования этого озарения. В остальное время… В остальное время мы не понимаем хода его мыслей и порядка его слов. Сам Гуро Каалман утверждает, что разговаривает с Создателями, но нам кажется, что он просто беседует с фантазиями своего ослабшего разума.

Я задумался. Мама Самирана ничего не говорила о побочных явлениях озарений. Вероятно, не придала им значения.

Воспользовавшись откровенностью учителя, спросил:

— Что делать, если я не знаю, какие озарения выбрать?

— Мне запрещено подталкивать тебя на Всеобщем Пути. Выбор озарения это…

— …личное дело каждого, — закончил я. — Уже слышал это много раз. Но само существование каких-то наследованных озарений ограничивает выбор. Выбор перестаёт быть личным делом. Становится делом рода и сословия.

— Твои слова умнее твоего возраста, Самиран.

— Спасибо. Но что если я не хочу наследованных озарений?

Учитель с удивлением поднял брови:

— Каждый озарённый важен для рода и сословия. Даже потеря одного ослабляет всех. Ты готов пойти против воли обоих родителей, их родов и сословий? Такое не прощается.

— Не готов. Но вдруг — да?

— Ты можешь отказаться от наследованных озарений и начать свою семью, для отпрысков которой и выберешь начальное озарение. Но на это редко кто идёт.