– Пошел в летное, хотел стать летчиком, но понял, что это не совсем мое. Мне больше нравилась военная стратегия. Так я и изменил профиль.

Доставая занозы, я рассмотрела его руки. Хотя он и был военным, тренировался, но изящная тонкая рука, аккуратные ногти выдавали в нем интеллигента. Он не работал физически, скорее всего, занимался исключительно бумажной и умственной работой. Работа ответственная, но не пыльная. Даже мне приходилось больше марать руки, зашивая органы и обрабатывая раны. Но стратеги на войне тоже нужны, кто-то же должен руководить.

Когда услышала звук открывающейся в кабинет двери, оставалось по моим подсчетам достать еще около семи заноз.

– Проходите, присаживайтесь, – донеслось до нас с Дэйвом голос Глеба, пришедшего с кем-то, – как настроение?

В проходную дверь между кабинетом и перевязочной мы с Купером не были видны. И я молча продолжала делать свою работу, чтобы не отвлекать Глеба. Пока не услышала ответ знакомого голоса.

– Все прекрасно.

От неожиданности я замерла на секунду, но потом быстро продолжила, чтобы не выдавать себя Куперу, делая вид, что все по-прежнему.

– Давайте тогда измерим давление, – услышала за стеной.

Так, Рон пришел на предполетный осмотр именно к Глебу, значит, со мной решил не встречаться. Ну и ладно, может, это к лучшему? Только бы Глеб ничего лишнего не ляпнул, чтобы Дэйв это не услышал. Надо срочно привлечь к себе внимание, чтобы он знал, что я тут. Специально слегка задела рукой лежавший на столике инструмент, и он с грохотом упал на пол. Я наклонилась его поднять и сразу же услышала голос Глеба:

– Эмили, это вы там?

– Да, Глеб, – ответила, – у меня пациент – лейтенант Купер.

– Что случилось? – заинтересовался Борисов.

Я исподлобья взглянула на Дэйва и заговорщицки кивнула. Я не знала, что мне про него рассказать, видно, что ему неудобно от этой ситуации.

– Добрый день, Глеб, – отозвался лейтенант сам. – Со мной все в порядке, так, пара царапин. Как Кейден? – откинувшись на спинку стула и заглядывая в соседнее помещение, спросил он.

– Норма, может лететь, – ответил Глеб.

– Я заберу его справку сам, все равно иду в штаб.

– Можете быть свободны, – услышала голос Глеба, обращенный к Рону. Не хотела с ним никак пересекаться, поэтому, не поднимая головы, доставала злополучные щепки.

Все, что сейчас было в моем распоряжении, это уши. Я слышала, как кто-то встал и сделал пару шагов в нашу сторону.

– Доброе утро, – сказал Рон, находясь в проеме между помещениями, но я не поняла, к кому они обращены. Почувствовала, как Дэйв немного потянулся назад, протягивая свободную руку для рукопожатия, поздоровался:

– Доброе утро, капитан.

– Здравствуйте, – не поднимая головы, ровно ответила я, чувствуя взгляд обоих мужчин на себе, но никому ничего объяснять не собиралась.

– Рональд, в час встречаемся в штабе, – предупредил Купер.

– Понял, лейтенант, – отчеканил тот и покинул кабинет.

– Ты теперь не обследуешь его? – рассматривая меня или мою реакцию на него, спросил Купер.

– Обследую, но, если я занята, это делает Глеб, – уверенно соврала, зная, что предложил Рональду Борисов, а тот, похоже, согласился. – Ну вот, вроде бы все удалили. Пощупай, нигде ничего не мешает?

– Нет, – разминая ладонь, сказал Дэйв. – Ты моя спасительница.

– Это моя работа, – улыбнулась я.

– Извини, не могу пригласить тебя в ресторан. Но могу пригласить на обед в столовую. Составишь компанию?

– С удовольствием, – урча ответил за меня мой желудок.

Это было мое спасение. Мне не придется есть в одиночестве и думать, как стать невидимкой, чтобы никто не пялился на меня. Теперь, зная, что я там буду не одна, а в довольно приятной компании, я облегченно выдохнула, так как хлебцов с соком явно было мало.

– Буду ждать тебя в половине первого на крыльце госпиталя.

– Договорились, – подмигнула я, а Дэйв, забрав документы Кейдена, вышел из кабинета.

Борисов, довольно поглаживая бороду, лукаво улыбнулся.

– Глеб, ничего не говорите, – предупредила я.

Да и сама ничего не понимала. Купер будто искал повод для встречи. Рональд словно стремился увидеть, чем мы были заняты в перевязочной.

Время до обеда пролетело незаметно. Выскочив из здания ровно в тридцать минут, обнаружила Дэйва на скамейке перед входом.