Орочьи боги, однако, тоже дураками не были, и быстро поняли, что возглавивший людишек бог по силе, чести и доблести переплюнет любого орка. А значит, с ним можно иметь дело. И, пока люди не расплодились и под началом повелителя войны не уничтожили их позеленевших противников, тоже присягнули ему. Несколько поколений спустя менталитет клыкастых вояк поменялся на более-менее вменяемый, и древние вывели их из того мира. Оставив тем цвет кожи и побочную неспособность скрещиваться с людьми в качестве напоминания о прошлом, которое всегда следует помнить. Ну а оставшиеся наедине с собой люди в очередной раз отреклись от древних, и погрязли в междоусобицах. Что, в принципе, было изначально понятно, и возиться с ними особо никто и не желал.

История же оскверненных орков до невозможности напоминает варкрафтовскую. Если точнее, то это один из вариантов, общие черты которого характерны почти для всех подобных случаев. А их было много больше одного. Помимо Бездны Черной, как я уже упоминал, даже в Колыбели известна Бездна Огненная. Которая по факту ни фига не бездна, а просто совокупность множества горячих миров, где вместо воды лава, а вместо людей разнообразные магические мутанты, невероятным образом приспособленные к жизни в таких нереально адских условиях. Там нет ни одного немага — без этого там просто не выжить. И даже дикие звери могут плеваться огнем, вызывать землетрясения и плавить камень.

Естественно, для этих существ души являются лучшим лакомством, и за них они могут и суперсилы даровать, и желания по мере своих сил выполнять, и еще чего. Орки, какими бы они помешанными на чести не были, все равно остаются людьми. Как бы странно это не звучало. И нет-нет, да и появится при каких-нибудь обстоятельствах забитый, загнанный в угол индивид, готовый продать душу за силу. Тогда-то к нему и является демон и предлагает договор. Но силу дают, как правило, за души врагов — мол, сильно всех подряд не мочи, а старайся захватывать и на алтаре в жертву приносить. Ну, или оружие дает, которое само души адресату отправляет. И вот этот продажный орк приходит к своим обидчикам, захватывает власть, находит единомышленников, прельщенных чудовищной силой… Иногда целые государства из переметнувшихся собирались. Цвет кожи же в таких случаях зависит уже от цвета маны демона, с которым договор. Говорят, даже золотые были. Но чаще зеленые и огненные возникают. Но эпоха проклятых орков недолга. Очень скоро демон приходит и забирает души присягнувших — жители огненной бездны совершенно не страдают совестью и легко предают не то что продавшихся им, но даже собственную родню. Кровную. Вообще, для этих демонов главное, чтоб их пригласили в другой мир — есть какие-то сдерживающие их рамки, что они сами не могут этого сделать. А как пригласят, так они приходят и устраивают даже не казнь — жатву. Иногда целые миры от разумной жизни очищают, но это крайне редко.

Короче. Кранморил принял облик проклятого, а не оскверненного орка. Просто потому, что уважает местных потомков некогда нереально варварского народа. Хотя, драконий менталитет и тех дикарей если и осуждал, то лишь за нерациональные методы охоты. Мол, ловили бы людей поделикатнее, то и не произошло бы проклятия. Жадность погубила. А так, несмотря на всё, друг с другом предки проклятых были весьма честны. Чтили предков, уважали старших… Короче, много общего с крылатыми ящерами. Не то, что людишки.

Орочья кожа Кранморила тоже оказалась защищена от черной маны весьма надежно. Она так же поглощала черноту, а метка Бездны в душе совершенно никак не реагировала на такую кормежку. И только я хотел предложить еще парочку экспериментов, как у меня заболело все тело.

По моей коже прокатилась волна, а за ней вторая, и третья. Собранные в кучку под тело руки и ноги начали выпрямляться, как надуваемый воздушный шарик-сосиска. А потом я хрустнул сразу всеми суставами, какие только существуют в организме — именно с таким звуковым аккордом ко мне вернулись кости. С третьей попытки я поднялся на ноги и потянулся, расправляя руки и крылья. После суток бескостного существования я, признаться, немного отвык и приспособился ползать. Наверное, навыки Немо неплохо так укоренились в подсознании. Ну да фигня — все же с костями я жил дольше, так что быстро в норму приду.

— Охренеть, уже сутки прошли. — резюмировал я вслух очевидную вещь. — Теперь можно и гору покорять!

— Что, даже остальную долину зачищать не будешь? — немного удивился Кранморил. — Опять же ингредиенты и компоненты, не собираешься собирать?

— Да я и тут не особо то собирался изначально. — наконец-то можно почесать затылок рукой, а не щупальцем, глядя на полную лута сумку. — Прям помутнение разума было какое-то. Ну да зато ментальную драку освоил, так что не думаю, что при таких умениях будут особые сложности с горой.

— В крайнем случае можно переродиться, да? — усмехнулся дракон.

— Вот именно. — кивнул я в ответ и порадовался, что наконец-то от этого глаза не разъезжаются. — И сутки отдохнуть потом, пока штраф отваливается. А потом уже, разобравшись с источником энергии на вершине горы, порешаем, что с долиной делать. Может, и в самом деле, удастся ее просто всю накрыть одним ударом. Кстати, если ты тут всех знаешь, что можешь рассказать об этом царе горы?

— Ну неужели догадался спросить? — с такой тонкой ноткой ехидства в голосе ответил оркодракон, что различить подъебку смог бы только специалист по троллингу. — Ну, слушай.

Если особо не вдаваться в подробности, то захватчик вершины, коротко, был мудаком. Как только какая-то там жрица могла с ним сойтись, непонятно. Только если он ее силой взял, или она такая же мудачка. Как мог бы спеть Газманов: ты морячка, я моряк, ты мудачка, я мудак, ты при храме, я в долине, мы не встретимся никак. Когда он очутился в краю монстров, Кранморилу он пусть хоть и не сильно понравился, но первое впечатление о себе произвел адекватного человека. Что, наверное, было правдой, если учитывать, что дракон проводил отбор по параметру вменяемости-невменяемости. Если душа у него и была подгнившая, то это метафора про натуру, а не про разрушение оболочки.