Следуя за их маршрутом, мы обнаружили символ, подобный тем, что были на входе.

— Я понял! — воскликнул Виктор.

— Что?

— Это были не метки злодеев, это были метки предупреждения. А это, выходит, метка малых врат, где и хранится зло. Вполне разумно. Так можно и больше защитных чар наложить и какие-то доп условия прописать.

— Кстати об этом. Если малые врата — это просто статичные точки зазеркалья, не подверженные циклам обновления. То что такое обычные врата? — я решил выяснить то, что уже давно крутилось у меня в глове.

— По сути это параллельные миры Зазеркалья. Статичные точки на стероидах, так сказать. Слои на которых живут самые разные существа, сотворенные человеческими фантазиями. Если им положено жить в мире значительно отличающемся от нашего, то рождаются врата. Если, конечно, в этот мир верят в достаточной мере. Появление врат требует куда большей ментальной энергии, чем появление монстра. Так что новые врата не появлялись давненько. Или их давно не находили. Ведь они зачастую находятся где угодно, но только не под носом у людей посреди городов.

— И что, монстры могут свободно гулять туда-обратно?

— Нет, те миры, где существа были более разумные, давным-давно запечатали себя сами. Те где жили слишком враждебные, запечатывать пришлось людям. Но это долгая история, да и я в ней не особо разбираюсь. Пойдём лучше, а то всё сделают без нас.

Я кивнул. Всё стало немного понятнее. Просто я слишком мало знаю о Зазеркалье. Было понимание, что всякие мифические существа, выдуманные людьми обретают здесь плоть. Но я даже и не задумывался о том, что будет с существами которые и сами живут в выдуманных мирах. Надо будет выяснить поподробнее, как выдастся время. Было бы круто выпить по кружечке мьода с Тором. Кто знает, как там эти «запечатывания» работают.

Но сейчас к насущным проблемам. Мы подошли ближе и товарищ осмотрел глифы.

— Ага. Пробивались силой. Печати разбиты, это позволит нам войти следом, хммм… — Виктор на секунду задумался, — Не могу прочитать правила. Глифы, как и те, что на выходе, мне неизвестны.

— Раз уж взялись, придётся рискнуть, — сказал я.

— Тогда погнали!

Снова привычное чувство перехода, но на этот раз несколько иное. Будто пелена была не прозрачной и невесомой, а плотной и вязкой. Когда она лопнула, во рту появился привкус металла, а то чувство зловещести, окружавшее нас с момента прихода в замок, значительно усилилось.

Мы оба слегка пригнулись, дабы занизить профиль и принялись пробираться по открывшемуся перед нами проходу.

Тот привел нас к чему-то похожему на склеп. Мы прижались к стене у входа и принялись осматриваться, высунувшись лишь слегка.

В склепе по кругу располагались шесть саркофагов, а по центру был один большой. Он выделялся среди всех остальных. Те, что располагались вокруг — были из белого мрамора, а на их крышках находилсь барельефы рыцарей. Центральный же был из чёрного камня, весь покрыт символами, которые мы уже встречали, а на его крышке не было изображено ничего.

Возле него копошилась пара мужчин в балахонах, пока ещё тройка неопределённого пола, опершись на белые саркофаги, бездельничали.

— Чё он не открывается же? Видно же уже, что щель есть! — копошащийся у самого саркофага, щуплый мужичонка безуспешно пытался подковырнуть крышку.

— А ты думал, что гробницу Гриши Пожирателя Сердец можно вскрыть ломом? — спросил стоящий рядом с ним с такой надменностью, что сразу стало ясно, кто тут главный.

— Я думал, что печати уже сами свалились от старости, — ответил щуплый.

— А я думал, что нанимаю компетентных расхитителей!

— Эй, заткнитесь. Я что-то чую. У нас гости! — заявил третий голос, женский.

— Да ладно тебе, Жанет, какие ещё посетители? Даже если сюда кто и забредёт, аура замка любого отгонит, — отмахнулся её работодатель.

— Заткнись, Антон, если я говорю, что тут кто-то ещё, то так и есть. То, что ты мне платишь — не даёт тебе права критиковать мое чутьё!

Тот, кого назвали Антоном, воздел жезл, зажатый в руке.

— Свет!

Ну я уважаю его уже за то, что не призывал улучшение освещения пафосными фразами. Мда. Склеп осветился сильнее, чем раньше, но нас видно не стало.

— Выходите! Мы вам не навредим!

Виктор только тихо покачал головой. И я с ним согласен. Мутные господа в балахонах и с такой манерой общения доверия не внушают.

— Если будете делать вид, что вас тут нет, я заподозрю, что вы затеяли недоброе. Тогда уже будем говорить по другому.