— Спасибо, дорогой, — как же хорошо знать, что ты не один в этом мире и есть поддержка и опора мужчин, которых полюбила. Это даёт силы жить дальше и стремиться к поставленной цели. Выжить и понять этот мир.

— О! — Лаура посмотрела на Данияра и подмигнула. — Посмотрим, что ты скажешь про мой шедевр. Слюни подбери, — Данияр ухмыльнулся, а девушка обратилась ко мне: — Пошли, дорогая, примеришь своё бальное платье.

После её слов до меня дошло, что я совершенно не умею танцевать. Наверняка их танцы отличаются от наших современных. Помню вальс на школьном балу. Бедный Тони и его страдальческое выражение лица каленым железом выжглось в памяти. Это было ужасно, когда на каждом повороте я наступала ему на ноги. Да, вальс – это точно не моё. Пока надевала платье, думала о танцах.

— Ну что, могу уже посмотреть на себя в зеркало?

— Секунду, дорогая, — девушка поправила задравшийся подол и разгладила на платье невидимые складки. — Всё готово, можешь смотреть в зеркало, — разрешила Лаура.

— Боже, какая красота! — я от восхищения даже рот открыла.

Платье на зависть королеве, я такое великолепие никогда не то что не носила, даже не мерила. Красная как кровь ткань с выбитыми цветами на подоле и украшенный белым жемчугом лиф. Открытые плечи, пышная юбка в пол и соблазнительно выпирающие холмики груди. Да, меня точно распнут на ближайшем столбе, если я в таком наряде появлюсь в ратуше. Но это такие мелочи, по сравнению с тем, как оно на мне сидело. Я же в нём великолепно выглядела. На секунду нахмурила брови, но, увидев выражение лица Лауры, тут же рассмеялась.

— Оно великолепно! Ты потрясающая! — восхитилась таланту швеи. — Я ничего прекраснее не видела в своей жизни.

— Ты не поверишь, — взволновано произнесла Лаура, — но я тоже. Ты и твой набросок меня вдохновил, дорогая.

— Думаешь, стоит показывать Данияру платье? — у меня были сомнения на этот счёт.

— Пусть для братьев это будет сюрпризом. В девушке должна быть загадка. Надень другое, а красное не показывай.

Когда я вышла в домашнем расклешённом платье выше колена нежно-голубого цвета, произвела настоящий фурор. Данияр после показа одежды очень быстро попрощался с Лаурой. Та лишь понимающе хмыкнула и удалилась.

Данияр после того как закрыл дверь на замок, повернувшись ко мне, прижал к стене. Он целовал оголенную шею, ласкал открытые участки кожи. Задрав подол лёгкого платья, прикоснулся пальцами к венериному холмику. Я чувствовала, как между ног повлажнело. Отвечала на его ласки со всей страстью, которая у меня была.

— Хочу тебя, — прорычал Данияр в ухо.

— И я тебя, — ответила любимому.

Он подхватил меня под попу, а я обвила его ногами. Он вошёл в меня на всю длину, выбив из горла глухой стон.

— Как ты? — с тревогой спросил любимый, заглядывая в осоловелые глаза.

— Хорошо. Не останавливайся, — голос мой охрип от желания и страсти.

Мужчина, зарычав, продолжил вбиваться в меня. Ногтями впилась в его плечи, и он, наклонившись к моей шее, чуть прихватил кожу зубами. От этого прикосновения меня накрыл оргазм, и я кончила на пару секунд раньше него. Отдышавшись, Данияр мне сообщил:

— Если ты будешь всё время ходить в этом платье дома, то мы забудем о еде и сне. Кстати, о еде. Не пора ли нам перекусить?

Я хотела продолжения, но хорошего понемножку. Патрик там беспокоится о городе, а мы вовсю наслаждаемся друг другом. Да и стрелки часов показывали, что времени до полнолуния осталось не так уж и много.

Глава 39. Полнолуние

Тина

Перед тем как спуститься в бункер, надела чёрный костюм и чёрное белье. Короткий топ под грудь и трусики-шортики. Никаких неудобных рейтуз, никаких безобразных платьев больше в жизни не надену добровольно. Вышла к Данияру, который ждал меня с нетерпением.

— Я не могу спокойно на тебя смотреть, малышка. С тобой я стану озабоченным сексуальным маньяком, который готов сексом заниматься днём и ночью.

— И это тебе не нравится? — изогнула бровь.

— Очень нравится, — любимый сграбастал меня в охапку и страстно впился в губы.

Как же хорошо мне в его крепких объятьях. Я тоже готова была отдаться безумию. Но часы пробили двадцать три часа.

— Пора, — прошептала, чуть дыша.

— Да, пора, — согласился со мной Данияр, с трудом отстраняясь от меня.

Выйдя из квартиры, направились к лифту. С тех пор как произошло покушение, чувствовала себя некомфортно в небольших закрытых помещениях.

Данияр нажал этаж минус три. Как я помнила, минус один и минус два были отданы под камеры для преступников. Остальные были законсервированы на случай стихийных бедствий. Очень надеялась, что они никогда не пригодятся. Но с угрозами Карла и того, что творилось за стеной, в это с трудом верилось.

— Патрик успеет? Правда? — в моём голосе чувствовалась тревога.