Голова чуть приподнялась. Ханнон наклонился, чтобы убедиться, что обе его руки захвачены. Я оглядела лицо Найфейна, выровняла чашку и немного наклонила ее.

— Дриблинг, — сказал Ханнон.

— Сейбл, быстро вытри его.

— Держи эту смесь подальше ото рта, — сказала я, сила моего животного все еще пронизывала мой голос. Все мои братья и сестры замерли, — Прости. Я объясню позже. Давай, Найфейн, тебе нужно больше.

Я давала ему эликсир понемногу, следя за тем, чтобы он выпил большую его часть. Затем я немного подождала.

— Большинство противоядий — это небольшое количество жидкости, — сказала я, перебирая то, что знала, и то, что только что прочитала, — Около флакона. Но это лекарство не концентрированное. Я также, возможно, не использовала достаточно.

— Если у него есть хоть какая-то на выздоровление, он обязательно что-то сделает, — сказал Ханнон, — Эликсиру вечности, который ты готовишь, требуется несколько часов, чтобы подействовать на папу.

— Знаю, знаю, — я вздохнула и убрала волосы Найфейна с его лица, — Думаю, теперь мы подождем и посмотрим, какой станет наша жизнь.

Глава 15

Два часа спустя я сидела на кровати Сейбл, вся в бинтах, и смотрел на Найфейна, пока он извивался и метался. Его кулаки сжимались и разжимались. Его голова поворачивалась из стороны в сторону. Он застонал, его лоб и спина были мокрыми от пота.

Я рассказала своей семье всю историю, с того момента, как вышла из дома, и до момента, когда вернулась, упустив лишь несколько моментов. Они догадывались, что Найфейн важен, но не знали, что он принц. Они думали, что он дворянин, который выжил и судьба королевства лежит на его плечах. Я надеялась, что они такие же доверчивые, как и я. И хотя они знали о замке кошмаров, я, очевидно, не вдавалась в подробности о природе этих кошмаров. Ведь дети тоже слушали меня. Но они получили общую картину. Я была уверена, что Ханнон связал факты, учитывая его знание демонов, наводнивших нашу деревню.

Когда я закончила, Сейбл спросила:

— Но почему он страдает?

Вопрос застал меня врасплох.

— Потому что он думает, что убил свою мать и не смог защитить королевство.

— Нет, — она скривила лицо. — То, что случилось с его матерью, просто глупо. Женщины не умирают от разбитых сердец. Это просто то, что люди говорят, чтобы скрыть пренебрежение и жестокое обращение с женщинами, от которых на самом деле они умерли. Но ты сказала, что его мама считала себя розовым кустом. Что ж, розовые кусты никому не уступают. Ты можешь вырезать их к черту, думать, что ты их убил, но они вырастут новым побегом и восстанут из мертвых. Розовые кусты умирают от удушья и отрезания от того, что они любят, например от воды и солнечного света. Я уверена, что это вина отца. Отец убил ее, чтобы вернуть сына, а затем заманил его в ловушку. Ты говоришь мне, что я ошибаюсь.

— Ты читала слишком много загадок, — пробормотал Ханнон.

— Лучше, чем дурацкие романы Деша с картинками, — сказала она, и Дэш швырнул в нее подушкой.

— В любом случае, нет, я не говорила о том, что его отец сделал с ним. Это очевидно. Я имела в виду, почему у него царапины и прочее по всему телу? Так всегда выглядят воины?

Прошло больше времени, пока я наблюдала за Найфейном, двигавшемся медленно, как холодный мед, Сейбл спала на диване, и были только мы с ним в комнате. В постели появилось больше шевеления. Он снова лежал лицом вниз, и я поймала себя на том, что смотрю на эти толстые вмятины, идущие по его спине. На зигзаги, прорезающие его плоть.

— Почему ты на самом деле патрулируешь Запретный лес? — тихо сказала я, наклоняясь, чтобы провести пальцем по одному из этих широких шрамов. Он вздрогнул и застонал, замерев.

Я встала на колени рядом с кроватью, проследила до нижней части шрама и снова начала сверху. Он глубоко вздохнул и повернулся ко мне лицом, его глаза затрепетали. Казалось, это его почему-то успокоило.

— Это потому, что ты защищаешь всех нас, не так ли? Это твоя обязанность, — я рассматривала черные линии от яда, отступающие от его кожи. Бессмертница работал. Если бы эти линии почти не исчезнут еще через полтора часа, я дам ему чуть больше эликсира.

Я вспомнила прошедшие годы. Тогда у нас были посетители более жестокие, чем инкубы. Эти существа терроризировали город и убивали всех, кого могли. Я вспомнила страх и панику. Мои родители заставили нас спрятаться под кроватью, пока угроза не исчезнет, на случай, если они ворвутся в дом. Мы свято относились к тому, чтобы запирать двери и закрывать ставни.

Однако со временем эта угроза уменьшилась. Я не могла вспомнить, когда это было в последний раз.

Теперь я понял, что это из-за Найфейна. Он явно прошел крутую кривую обучения, и теперь каждую ночь патрулировал лес, убивая жестоких существ, прежде чем они успевали добраться до деревень.

— Король демонов играет с тобой в игру, верно? — спросила я, убирая его взлохмаченные волосы с высокого лба, — Он сделал так, что бы ты не мог войти в деревню, а его творения могли. По крайней мере, в начале. Игра заключается в том, что тебе нужно найти и убить их, прежде чем они доберутся до деревень и станут охотиться на людей. На твой народ.

Какая скользкая змея. Нет, назвать короля демонов змеей было оскорблением для змей.

— Я бы хотела помочь тебе, — я проследила его сильную челюсть, а затем вниз по шраму вдоль края его полных, стройных губ.