Бросив взгляд в направлении «Макс Лондонс», часть меня умирала от желания пойти туда, сесть в баре и шпионить за Мэгги. Но более разумная часть меня понимала, насколько жалкая эта идея, и я знал, что буду сожалеть обо всем.

Вместо этого я один поднялся на лифте, зашел в тихую квартиру, и фотография счастливой и улыбающейся Мэгги поприветствовала меня. Войдя в комнату, я убрал обувь в шкаф и взял с комода фото в рамке, на котором мы с Мэгги были изображены на ее последнем дне рождении.

Мэгги пододвинула свой стул ко мне, прося Сару сфотографировать нас после того, как я подарил ей одеяло с фотографиями. Ее широкая, яркая и красивая улыбка заставили мою грудь сжаться. Я обнял ее и улыбался, когда она расплылась в улыбке. Этот момент — один из таких, к которым я хотел бы иметь возможность вернуться, всё отмотав назад. Это было невероятно.

В ту секунду, когда она смотрела на меня, я мог видеть возможность. Возможность, что Мэгги любила меня так же, как я ее.

— Скажи мне правду, — наклонился Шон, сидя за крохотным столиком в «Макс Лондонс» напротив меня.

— Как такое возможно, что ты одна? — в уголках его глаз появились морщинки от улыбки, его светло-голубые глаза сверкали. Он был блондином с короткими волосами, зачесанными набок, и, несмотря на слегка искривленный нос, выглядел очаровательно. Парень до ужаса хорошенький, просто прелесть. И милый.

Ух, по-моему, мне только что удалось описать золотистого ретривера.

Но серьезно, с ним было весело разговаривать, он заставлял меня смеяться. Не говоря уже о том, что он супер симпатичный. И он слушал меня. Вроде, слушал. Никаких кивков и взглядов на мою грудь, ничего подобного.

Самое интересное, он считал меня забавной. Да, Шон думал, что я забавная. Я, Мэгги Финеган, вселенская зануда. Тот самый человек, который в ответ на просьбу напомнить имя говорила: «Зови меня как тебе угодно, только не забудь позвать меня на ужин».

Да, говорила же, вселенская зануда прямо перед вами.

Странность сегодняшнего вечера была в том, что, когда мы с Шоном еще только шли по тротуару от «Айриш Таймс», направляясь сюда, я моментально соскучилась по Раю. Это дико и смешно, потому что он постоянно срывал мои свидания. Когда я вышла из дамской комнаты и увидела Шона одного, ожидающего меня, без признаков Рая поблизости, я почувствовала крохотный укол разочарования.

Прогнав эти мысли, я заставила себя вернуться в настоящее и улыбнулась Шону:

— Я одна, потому что мне потребовалось чертовски много времени, чтобы найти кого-то хотя бы отдаленно нормального и, ну, — я пожала плечами, — не заинтересованного в Рае.

Он выглядел смущенным:

— Заинтересованным в Рае?

Я кивнула:

— Ага. Похоже на то, что в конечном итоге многие из них выбирают своего внутреннего гея или что-то подобное, — снова пожав плечами, я добавила, — бред какой-то.

Шон всё еще странно смотрел на меня:

— Ты говоришь, что Рай… гей?

Повисла тишина, когда до меня дошел тот факт, что Шон не понял этого:

— Да, — ответила я, медленно произнеся слово.

Он отклонил голову.

— Хм, — пауза. Его брови нахмурились. — Я бы ни за что не догадался и за миллионы лет.

Решив сменить тему, я наклонилась и приняла его позу:

— Так скажи мне, почему ты один?

Слегка улыбнувшись, он быстро огляделся, прежде чем его взгляд вновь встретился с моими:

— Я состоял в отношениях, но не вышло. Мы пытались построить отношения на расстоянии и вроде как это… закончилось провалом.

— А кто был инициатором? — мне было любопытно узнать, а сангрия сделала меня достаточно смелой, чтобы спросить.

Его губы слегка изогнулись в печали.

— В основном она. У меня были подозрения, что она заинтересована в коллеге на новой работе. Его имя стало постоянно озвучиваться, так что… — он замолчал.

— Ну, — подключилась я, пытаясь дать ему почувствовать себя менее неловко, — если от этого ты почувствуешь себя лучше, то мой бывший занялся сексом с другой, — я немного подождала. — В нашей постели.

Шон поморщился.

— Ауч. Не круто.

— Нет, совсем нет.

— Так какие скелеты вы прячете, мисс Мэгги? — его глаза сверкнули. — Храните свои срезанные ногти в банке на тумбочке? Странная одержимость мангой?