Последние слова произнесла свистящим шёпотом и накрылась одеялом с головой, придерживая нижний край ногами. Орландо улыбнулся, вспомнив свою реакцию, когда впервые увидел море. Покачал головой и сказал:

— Это не страх, а опасение. Они похожи, но и только. Опасение даже полезно, ведь беспечные погибают первыми. Уж я-то знаю…

— Ты таких видел?

— Я сам был такой.

Девочка пискнула и шепнула:

— Так ты… погиб?

— Да, много-много раз.

Девочка притихла, переваривая услышанное, заёрзала, устраиваясь поудобней и заворачивая края одеяла под бока. Наконец, смачно зевнув и причмокнув, спросила:

— А почему Тень хочет меня убить?

— Это не важно. — Ответил отец.

— Как же неважно? Они ведь пытались убить меня!

— У них может быть сотня причин. Возможно, даже весомых, а может и смехотворных. — Со вздохом ответил Орландо. — Но это не важно, потому что они покойники. Все до единого. Ведь чтобы добраться до тебя, им нужно пройти через меня.

Она пришла по дороге из серебряных кирпичей, тянущейся меж холмов из тумана. Чёрные волосы развиваются шлейфом, скрывают плечи и руки до локтей. Пряди перечёркивают лицо, то и дело скрывают один глаз. Ведьма молчит, молчит и Орландо. На нём вновь белая рубашка и льняные штаны, серебряные кирпичи холодят ступни.

Ведьма коснулась груди мужчины, провела пальцем обходя вокруг. Орландо не сдвинулся. Тело ощущается неприятно лёгким, кажется потянись вверх и взлетишь.

— Ты изменился. — Сказала ведьма. — Возмужал. Куда пропала та юношеская ярость, что пленила меня?

— Умерла вместе с моими врагами. — Ответил Орландо.

— Стал чёрствым и грубым. — Заключила ведьма, остановившись за спиной и положив ладони на плечи. Сдавила и прильнула, горячо шепнув на ухо. — Мне нравится.

— Захотела ещё одного ребёнка?

— Нет, того что есть достаточно. Способный мальчик. Однако до тебя ему далеко, пока что. Он очень сильно похож на тебя. Те же глаза, повадки и талант.

— Заткнись.

Слова прорвали туман и разнеслись по серебряной дороге. Ведьма запнулась, а Орландо медленно повернулся, сбрасывая ладони с плеч. Взглянул в чёрные глаза сверху вниз, оскалился и прорычал:

— Разве я не просил оставить нас в покое?

— Что-то слышала, краем уха, думала, показалось. — Ответила ведьма, улыбнулась, чуть склонив голову к плечу.

Ладони сомкнулись на шее, сжали. Орландо приподнял её, чтобы смотреть глаза в глаза. Улыбка ведьмы стала шире.

— Сильнее. Мне так нравится… больше. — Выдавила она.

Орландо зарычал и оттолкнул её. Женщина рухнула на серебряные кирпичи, волосы разметало, накрыв будто чёрным бархатом. Мир задрожал, туманные холмы пришли в движение, обратившись в дымные волны.

— Чего ты хочешь? — Рявкнул Орландо, стискивая кулаки. — Зачем было посылать меня сюда?! Зачем было вырывать с острова?! Отвечай!

— О, тебе не понравилось? — Вздохнула ведьма, поднялась и повела рукой. Ближайший туманный холм обратился в лицо Луиджины младшей. — Я думала ты прикипел к ней. Ах, какая была забота, красивые слова! Ядаже начала жалеть, что не ты воспитываешь сына…

Она умолкла, улыбка стала шире. Лицо Орландо перекосило и над туманными волнами разнёсся отчётливый скрип зубов.

— А вот и ярость. — Томно вздохнула ведьма и засмеялась. — Неужели ты ударишь мать своего ребёнка?

— Одну уже убил. — Прорычал Орландо.

— Ах да, совсем забыла…

Смазанное движение с опаздывающим лопотанием воздуха. Кулак влетел в голову ведьмы, и та расплылась туманным маревом. Орландо отдёрнул руку рыча, как волк в клетке.

— Дорогой, неужели ты не понимаешь шуток?

Голос ведьмы доносится отовсюду, туман пульсирует в унисон, а дорога сотрясается. Орландо крутанулся на месте и закричал:

— Чего ты хочешь от меня?!

— Проснись.

Орландо распахнул глаза, увидел фигуру, тянущуюся к спящей Луиджине. Горло першит, а в уголках глаз ощутимая резь. Дверь распахнута настежь, у порога лежит нечто похожее на кузнечные меха. Фигура склонилась над девочкой, взялась за край одеяла… На рот и нос легла шершавая ладонь, рванула назад, а в спину с мерзким треском вошла сталь, высунулась из груди. Орландо сдавил сильнее, не давая даже пискнуть, провернул клинок и медленно опустил тело на пол.

Луиджина заворочалась, с натугой разлепила глаза и пробормотала:

— Что-то случилось, папа?

— Нет, просто душно. — Ответил Орландо. — Я сейчас открою окно проветриться. Да в туалет схожу.

— Хорошо…

Девочка закрыла глаза и лениво перевернулась набок, натянула одеяло до ушей. Орландо на цыпочках прошёл к окну, открыл и жадно втянул носом чистый воздух. В голове чуть прояснилось, но в бронхах нарастает жжение, рвётся наружу болезненным кашлем.

Взяв тело, вытащил в коридор и бросил под стеной. Пошатываясь, пошёл к двери мага, постучал и наконец, согнулся раздираемый кашлем. Ощущение, будто шипастая латная перчатка выворачивает гортань наизнанку.