– Да. Один – ноль в вашу пользу, мисс Клэйборн.

– По-моему, это первый спор с вами, который я выиграла.

– Мы вовсе не спорили.

– Да нет, наверное, все-таки спорили. А теперь нам действительно пора. – Девушка пошла к своей лошади и взглянула на небо. – Мы в самом деле можем промокнуть до нитки. Вы обожаете тянуть время, не правда ли?

Харрисон поднял Мэри Роуз в седло и передал ей поводья. Девушка положила руки на луку седла. Харрисон направился было к своему коню, но потом передумал и накрыл ее руки своими. Мэри Роуз заглянула ему в глаза, пытаясь понять, почему он медлит, и тут же увидела на его лице улыбку. Ей так нравилось, когда Харрисон улыбался! Девушку словно захлестнула горячая волна.

– У вас очень доброе сердце, Мэри Роуз, – сказал Харрисон. – Я всегда вспоминаю об этом, когда вы меня злите.

Отпустив ее руки, Харрисон повернулся к Мак-Хью и одним мощным и плавным движением вскочил в седло. Непринужденная грация, с которой он это проделал, произвела большое впечатление на Мэри Роуз. Она невольно подумала, что то время, которое он провел, объезжая диких мустангов, не прошло для него даром.

– Что вы хотите этим сказать? – спросила она.

– Я раскусил вашу игру. Мы задержались, потому что вы слишком долго разговаривали с Корри, а теперь, если мы промокнем, свалите всю вину на меня.

– Вы для меня слишком умны, Харрисон, – сказала Мэри Роуз, натянув поводья и разворачивая лошадь к дому. – Но я никогда и не утверждала, будто я само совершенство, разве не так?

– Нет, никогда, – со смехом отозвался Макдональд.

– И вы тоже отнюдь не идеал. Кроме того, вы подвержены приступам дурного настроения и, похоже, ничего не можете с этим поделать.

– Вы постоянно торопитесь с выводами, правда? А у меня не бывает никаких приступов дурного настроения, вот так-то, дорогая.

– Большую часть времени вы ведете себя как истинный джентльмен, но потом вдруг в одну секунду превращаетесь в злобного маньяка.

Как еще она могла назвать ту неожиданную перемену в нем, свидетелем которой она была? Впрочем, сейчас ей хотелось обсудить другой вопрос, который, по ее мнению, был столь же важным.

– Вы никак не хотите понять, что иногда человек должен действовать импульсивно.

– Другими словами, вы принимаете решения сразу, не раздумывая.

– По крайней мере у меня хватает на это смелости.

– Именно поэтому в ваших краях столько народу умирает прежде временно.

– Поступки гораздо эффективнее слов.

– В нецивилизованном мире это, возможно, и так. Но не забывайте, Мэри Роуз, что все мы несем ответственность за наши действия.

– Мы живем не в зале суда.

– И все же следует помнить об этом.

– Вы, наверное, скорее умрете, чем согласитесь со мной, правда, Харрисон? – смеясь, спросила девушка.

– Наверное, – сказал Макдональд, улыбаясь в ответ. – Мне нравится побеждать.

– Смысл жизни в том, чтобы выжить.

– В моем деле выживание и победа – это одно и то же.

– В таком случае вам следует поменять работу, – сказала Мэри Роуз.

– В споре не следует переходить на личности, – заметил Харрисон, проигнорировав ее последнюю реплику.

– А разве мы спорим?

– А что же мы, по-вашему, делаем?

– Стараемся уязвить друг друга. Харрисон рассмеялся.

– Так о чем у нас зашел спор? – осведомилась Мэри Роуз. Об этом Макдональд уже напрочь позабыл и решил наугад затронуть какую-нибудь тему.

– Мы спорили, чем отличаются наши взгляды на жизнь.

– Вот как? Но как же можно говорить об этом и не переходить на личности?

– Еще одно очко в вашу пользу, мисс Клэйборн.

– Все различия между нами я могу выразить буквально двумя словами, – сказала Мэри Роуз.

– Я тоже, – заверил ее Макдональд.

– Тогда я, будучи женщиной, начну первой, хорошо?

– Разумеется.

– Участие и наблюдение. Я живу, то есть непосредственно участвую в жизни. Вы же лишь наблюдаете за ней. Держу пари, что я угадала.

– В таком случае вы проиграли. Я хотел употребить другие слова – логика и абсурд, порядок и хаос, здравый смысл и безумие…

– Я вижу, юристы не прочь поговорить, не так ли?

– Да, некоторые из них.

– Вы понимаете, что назвали меня нелогичной и безумной?

– А вы только что сказали, будто я не живу, а лишь созерцаю жизнь? Ведь это неправда.

– Дождь пошел. По-моему, нам пора прервать наш спор. Небесный свод разорвала молния.

– Похоже, дела принимают скверный оборот, – сказал Харрисон.