– Так этот лорд здесь не один? Тут что, фамильный склеп?

Я огляделась вокруг и только сейчас заметила в каменных стенах неглубокие прямоугольные ниши, а, присмотревшись, и выбитые над ними имена.

– В Зале славы покоятся все Стейны, пострадавшие при закрытии Грани, – ответил дворецкий и поторопил: – Пойдемте, миледи. Нужно уходить.

Мне показалось, еще немного, и он наплюет на правила, схватит меня за руку и потянет за собой.

– Хорошо, идем.

Я пошла к высокому дверному проему, но у самого порога не выдержала и оглянулась. Край стяга чуть шевельнулся, как будто его задело воздушным потоком, а вышитый цветок ярко блеснул серебром. Запястье ощутимо царапнуло изнутри, словно мой цветочек не хотел, чтобы я уходила.

– Миледи! – Поторопил Хубер, и я с сожалением вышла из зала.

«Нужно будет вернуться, – мелькнула настойчивая мысль. – И разузнать, что за гул раздается внутри саркофага. Ведь явно же неспроста меня занесло в эту усыпальницу».

– Миледи, простите, а как вы оказались в Зале славы? – Словно подслушав мои размышления, спросил дворецкий. – Эта часть здания давно закрыта, она была аварийной еще до того, как случился пожар, и дорогу сюда почти забыли.

– Сама не знаю. Я просто гуляла по замку. Хубер, а тот пожар… Отчего он случился?

– Да кто ж его знает, миледи? Вы, наверное, слышали, что Рендолл на месте аномалии стоит? Ну вот, иногда тут такие неконтролируемые выбросы силы случаются.

– И что, их никак нельзя избежать?

– Понимаете, обычно хозяева на себя удар берут, и все излишки силы поглощают. А в тот раз все не так пошло. И лорд Рольф пострадал, когда пытался силу впитать.

– Я слышала, тут погибла девушка…

– К несчастью, да, – вздохнул Хубер, и его лицо слегка побледнело. – Юная леди была слишком неосторожна. Сюда, миледи.

Дворецкий указал на одно из ответвлений коридора, и вскоре мы вышли к жилому крылу.

– Эта часть замка построена при прадеде нынешнего лорда Стейна, – с гордостью заявил Хубер, проводя меня по анфиладе огромных светлых залов. – Лорд Бенедект был выдающимся архитектором, он сам тут все спроектировал. Ну, вот мы и пришли, – открывая неприметную дверь, добавил он.

– Софи?

Голос Стейна звучал встревоженно, а сам он, вопреки обыкновению, оторвался от бумаг и даже отодвинул их в сторону, рассматривая меня при этом внимательно и немного напряженно.

И под этим взглядом мне вдруг стало жарко. И захотелось…

«Глупости, Софи! – поспешно одернула себя, пытаясь прогнать видение, в котором Рольф снова накрывает мои губы своими, раздвигает их языком, проникает внутрь… – Прекрати мечтать о несбыточном! Ваш брак – всего лишь фикция, не забывай об этом. Пройдет совсем немного времени, и все закончится. Ты ведь не хочешь остаться с разбитым сердцем? А именно так и произойдет, если ты не возьмешь себя в руки. А поцелуи… Что ж, как выяснилось, они ничего не стоят».

– Софи? – Настойчиво повторил Стейн.

– Гуляла по замку, – поспешно сказала в ответ, стараясь не обращать внимания на поднимающийся в груди жар.

– И как вам Рендолл?

Стейн чуть подался вперед, впиваясь в меня взглядом, вокруг него заклубилась едва заметная темная дымка, и мне почему-то показалось, что спрашивает муж вовсе не о замке. Черные глаза горели огнем, добирались до самого сердца, выворачивали душу, и я…

– Рендолл прекрасен.

Слова слетели с губ сами по себе. Напряжение, повисшее в кабинете, стало почти ощутимым, и мне показалось, что должно что-то произойти – взрыв, катастрофа, или… еще один поцелуй. Но Стейн резко отвернулся, и дымка вокруг него медленно рассеялась.

Дышать стало легче. А внутри поселилось чувство сожаления по несбывшемуся.

– Кстати, я случайно оказалась в старой части замка и зашла в один из залов, – взяв себя в руки, негромко сказала мужу. – Там все такое… необычное. И саркофаг в центре, и укрывающий его стяг.

– Вы были в Зале славы?

В голосе Стейна отчетливо прозвучала тревога.

– Да. И у меня возник вопрос.

Я сделала паузу, раздумывая, как лучше сформулировать мысль, а Стейн настороженно произнес: – Что ж, спрашивайте.

– Вы ведь знали, что появившийся на моем запястье цветок – точная копия того, что изображен на вашем гербе?

– Знал, – не стал отнекиваться муж.

– Тогда, может, вы в курсе того, что означает его появление?

Я отодвинула манжету и показала Стейну неподвижно застывший цветочек. Тот выглядел совершенно безжизненным и невинным. Словно это не он недавно рвался и почти тащил меня к надгробию.

– Нет, Софи. Для меня это такая же загадка, как и для вас.

Рольф с сожалением качнул головой, выехал из-за стола и взял меня за руку уже привычным жестом, а мое сердце так же привычно забилось быстрее.