— Без нас, — надулся Аспид.

— А толку от вас, да и от нас, если там Тень работала? — несколько менее соврал я. — Чистая работа хакера.

— Краб, а я мог…

— Молчать. Мог. Но никто не знал, что этот гребучий реактор рванёт. А сейчас там в радиусе десятка километров полтинник зивертов.

— Ну нихера себе! — присвистнул Аспид. — Это на чём там реактор-то был?!

— Хер знает, — доходчиво обьяснил я. — Лезть туда и проверять лично я не собираюсь.

— Да я как-то тоже, — аж передёрнуло Лина.

— Слушай… а, блин, Аспид, вали в медотсек, — рубанул я, полюбовался в круглые от ужаса глаза. — Блин, тут мой косяк, — признал я. — Как-то я очень вовремя решил. Но всё равно пиздуй в медотсек!

— А что со мной? Когда…

— Ноги у тебя нет, блин! Давно! Пиздуй, лечить будем, блин, — доходчиво объяснил я.

А после выпихивания Серпентнофила в медотсек, у меня был вопрос с шахтёрами. Склад сокровищ забился в астероидное поле, надо было этих типов выгружать на их корыто и посылать. Так что пауки вкатили дрыхнущим тонизирующее, ну и я завалился.

— Молчать, боятся! — с ходу рявкнул я на помятых. — Так, мы тут неподалёку пролетали. Видим пара корыт на орбите. Пустых и ничейных. Решили проверить. Ну а на планете развалины и хрень дикая творится. Повоевали, вас вытащили. Можете благодарить. Но не вслух! Про себя благодарите. И за мной пошли.

Шахтёры, два парня, девчонка и два пидараса недоумённо глазами полупали, но за мной потопали.

— А…

— Бэ. Всё что знал сказал. Когда этих роботов почти перебили и вас вытаскивать стали — там реактор рванул. Сами разберётесь.

— А мы вам ничего не должны? — осведомилась девчонка.

— Нет. В атмосферник полезаёте, — тыкнул я в челнок. — Скафандры на вас есть. Проплавлю вам дыру в трюме, дальше сами разберётесь.

— А… — протянул ко мне граблю не туда ориентированный.

— Бэ. И не лапай меня, пидарас противный, а то руку сломаю. Твою.

— С чего вы взяли…

— По роже твоей противной видно. И вот его такой же, — тыкнул я во второго пидараса. — Достали вы меня. Вас в трюм выкинуть или на планету высадить?!

— А челноки наши вы забрали? — уточнила девица.

— Нахера нам ваша рухлядь? Даже корабли отдаём, — фыркнул я. — А так там сейчас полсотни зивертов и лужа плавленого металла. Что от ваших челноков осталось — там же.

— Понятно, спаси…

— Молча! — наставительно помахал я клешнёй.

Так молча до первого попавшегося корабля и долетели. Проплавил я лазером трюм, выкинул этих шахтёров — не дети, сами разберутся. Ну и вернулся на Кистень.

Через шесть часов от корабля шахтёров стартовал челнок — видно хотели проверить. С полкилометра от раскопа его аж шарахнуло на орбиту — проверили, хех.

Ну а мы стали выходить из гравитационного колодца Альнитака. Так-то можно было и сразу в гипер, но шахтёры эти тут торчали, глазели.

Перелёт до Центральной был для меня занят огребанием от Нади неиллюзорных люлей. Чувствительных самолюбию и телу, но нужных. Как я и предполагал, в условиях невесомости и магнитных башмаков победить противника я мог только смехом. В смысле от ржача вражина лопнет, любуясь на меня, печально улетающего вдаль.

Нужны чёткие точки фиксации, идеальный удар субакса — это вообще придерживание вражины одной рукой, при ударе второй.

Хотя хлёсткие, «на пробой» удары проходили. Но, чёрт возьми, какая мне разница, отобью я печень вражине, если сам повисну беспомощный? Без точки опоры что-то сделать нереально, бултыхаешься как дурак… В общем-то, мной в свое время использованный способ «реактивного дыхания» единственный способ перемещения в невесомости. Медленный и печальный, да и то, работающий только в атмосфере. А если скафандр — вообще без разницы. Что печально висеть как статуя, что ручками-ножками дрыгать — один хрен, весишь на месте или дрейфуешь, если импульс есть.

Кстати, в связи с чётко фиксированным положением, в субаксе оказался весьма эффективный способ гашения удара противника. Против нормального удара не очень, а вот субаксовские позволяет принимать на корпус без особых последствий.

Ну а головой любые удары ловить не стоит. Разве что лбом на встрече, но это ещё поискать придурка надо, готового руки о лоб ломать.

Серпентофил в это время валялся в медотсеке: копыто отращивать — не мешки ворочать. Лори со своей полусотней (ну не воевать же с ней было, а так польза во всех смыслах) дроидов чинила и налаживала Досы.