— Если в течение одного года в месте жительства гражданина нет сведений о месте его пребывания, человек объявляется без вести пропавшим, если о нем нет сведений от двух до шести лет, в соответствии от случая, то умершим. В таком случае брак прекращается, — болтал преподаватель увлеченно.

— Даже в том случае, если другой супруг против? — спросила одна из студенток.

По аудитории прошел смех. Она удивленно заморгала, мол, а что я такого сказала?

— А какой смысл сохранять брак? — холодно поинтересовались у нее.

— Ну вдруг любит, — пискнула студентка, замолчав под странным взглядом преподавателя.

Вместо ответа последовали смешки с последних парт.

Проигнорировав их, лекцию продолжили:

— Последствия явки объявленного умершим гражданина…

Зазвонил телефон, наполнив аудиторию тяжелым роком. Не утруждаясь задать вопрос «а можно выйти», одногруппник пронесся между партами и скрылся за дверью.

А я удивленно посмотрела ему вслед. Эта музыка напомнила мне потрясающий концерт, показанный недавно Адель в интернете. После еще несколько дней не могла выкинуть грохочущую в голове музыку, наваждение прямо. А совсем недавно узнала о гастролях группы, они приезжают в соседний, более крупный город.

«А ведь это выход! — я даже подскочила на месте. — Завтра не учимся, отец в командировке, подруга занята, а оставаться с Сильвией, как выяснилось, опасно, мое апатичное состояние не позволит дать ей должный отпор».

Даже не успев покинуть аудиторию, зашла на сайт и купила билет, хорошо хоть на карте скопилась приличная сумма. Вот и все, половина задуманного сделана, дело осталось за малым.

Домой торопилась как никогда. Очень не хотелось на выходе столкнуться в дверях с Сильвией, вернувшейся со спа-процедур. Впопыхах побросав необходимые вещи в рюкзак, внимательно оглядела комнату: не забыла ли чего?

На полу одиноко лежала тетрадь с изображением космоса на обложке, вечного космоса, существовавшего задолго до нас, такого прекрасного и манящего и одновременно пугающе-непостижимого, хранящего свои тайны. Написанное внутри было столь же непонятно: то, что медленно, но верно сводило меня с ума своей правдивой нереальностью. Уже не первый месяц я записываю в эту тетрадь все что «вспоминаю», все те странные события, которых просто не могло быть. Наверно, они — лишь мое больное воображение. Я и сама точно не знаю, что это, и, если честно, боюсь узнать ответ. В нынешний век прогресса и технологий все сверхъестественное кажется абсурдом, чем-то столь же далеким, как и космос. Главное — не угодить в клинику или в лапы этому жадному до денег и всеобщего признания доктору.

Я улыбнулась, но печальная улыбка не затронула глаз. Тут же мысленно поторопив себя, набрала номер отца. В трубке пиликнула мелодия и женский голос оповестил: «Абонент находится вне зоны действия сети».

«Поехала на концерт, буду в воскресенье вечером. Не теряй», — написала я короткое смс и нахмурилась. Опять без связи; в какую глушь он постоянно ездит?

У самого лифта едва не столкнулась с Сильвией. Ее визгливый голос и дерганные движения наводили на мысль о неприятностях. Незамеченной скользнула на пролет выше, выждав, когда щелкнет, закрывшись на замок, дверь, и, поправив сползшую с плеча лямку, торопливо побежала вниз.

Вот-вот наступит второй месяц осени и вечером не стоило рассчитывать на теплые объятия природы. Втянув голову в поднятый воротник и переминаясь с ноги на ногу, ожидала нужного транспорта, с завистью поглядывая на прижавшуюся друг к другу парочку.

Сильный порыв ветра заставил пригнуться и зажмурить глаза и именно в этот момент подъехал мой номер автобуса, остановившись дальше обычного. Распахнув глаза, отчаянно замахала руками собирающемуся отъезжать транспорту. И понимая, что двери открылись для меня и несколько пар глаз с нетерпением подгоняют отставшего пассажира, я рванула к нему. Как это часто бывает, когда сильно торопишься, оступилась, неудачно поставив ногу и взмахнув руками, ловя равновесие, начала заваливаться в сторону лужи.

Чьи-то сильные руки обхватили за талию и, шепнув «нас ждут», меня чуть ли не внесли внутрь автобуса. Два свободных места в конце автобуса словно ожидали именно нас, пассажиров вообще было немного. Усадив меня возле окна, мой спаситель оплатил проезд и только в этот момент шок и красочные последствия моего несостоявшегося падения в лужу отпустили.

Повернула голову, настраивая так не вовремя разбежавшееся зрение.

— Ты? — мои глаза расширились, а брови постарались спрятаться за волосами. Вот почему у меня в голове вновь зазвучали строчки из песни «сильные руки стан мой обнимали…». Почувствовала, как румянец заливает мои щеки, оголяя предназначенные только для меня мысли.

— Привет. Вновь два-один в мою пользу.

— Как ты…? — я подавилась вопросом, когда меня подбросило вверх на сиденье, тут же его рука обняла меня за плечи, возвращая ощущение приземленности, — спасибо, — и, отстранившись, опустила глаза, не выдержав лукавого взгляда. — Только не говори, что теперь три-один.

— Нет, конечно, — хохотнул он и в его карих глазах заплясали смешинки — но если захочешь обнять меня в ответ, я не против.

Вот зачем он это сказал, я и так не знала, куда себя деть.