— Не распускай руки, Бохан, — приказал командный голос. Корриган шагнул вперёд. Он не держал оружия, но его взгляд мог бы разрезать меня на кусочки. — Джесси Джеймс, что ты делаешь в храме?

Бохан не стал ждать моего ответа.

— Она была окутана гламуром. Никто не имеет достаточно силы, чтобы сделать это здесь, и уж точно не кто-то такой, как она.

Корриган тяжело кивнул, и его глаза прищурились.

— Ты скажешь нам, как ты попала на остров и как смогла скрыть себя от нас.

Я сухо сглотнула и пролепетала:

— Драккан принес меня.

— Невозможно, — выплюнул Бохан. — Дракканы не могут быть приручены.

Я посмотрела на Фаолина, который всё ещё держал меня.

— Гус. Он снаружи.

В его глазах промелькнуло понимание, и он поднял голову, чтобы посмотреть на отца.

— Это молодой драккан, которого она спасла в человеческом мире. Тот же, который унёс её в день, когда мы были в городе.

Один из людей Корригана выбежал наружу и вернулся с изумленным выражением лица.

— Она говорит правду.

Губы Корригана сложились в тонкую линию, и я могла сказать, что он мне не верит.

— Это драккан каким-то образом сделал тебя невидимой?

Я взглянула на Фаолина и обратно на его отца.

— Нет.

— Тогда что? — требовательно спросил Бохан.

— Я не могу вам сказать.

— Дерзость! — Бохан навис надо мной. — У меня есть способы заставить тебя говорить.

Фаолин вскочил на ноги и перегородил путь Бохану, когда тот потянулся ко мне.

— Ты не тронешь её, — прорычал он.

Бохан стоял лицом к лицу с ним.

— У тебя здесь не влияния. На этом острове, она подчиняется другому закону, который не является ни Благим, ни Неблагим. Я имею право допросить её о её преступлении.

— Пока нет никаких доказательств преступления, — неустрашимо ответил Фаолин.

— Нет преступления? — Бохан сурово рассмеялся. — Она вошла в храм богини, обернувшись магией. Я полагаю, что есть только одна причина, чтобы кто-то на такое пошёл.

Фаолин ткнул пальцем в сторону, где я лежала на полу.

— Ты забыл кто это? Джесси практически умерла, возвращая ки’тейн в мир фейри. Она последняя, кто мог бы попытаться украсть его. И нет закона, запрещающего окутывать себя магией в храме.

— Нет такого закона, потому что это должно быть невозможно, — крикнул Бохан.

— Достаточно, — голос Корригана эхом отразился от каменных стен. — Бохан прав. Никто, даже король или королева, не обладают силой, чтобы создать такую иллюзию в этом храме. Я не знаю ни одного предмета, который мог бы это сделать, но это не значит, что его не существует.

Бохан торжествующе кивнул и махнул одному из своих людей.

— Обыщите её.

Я отпрянула от них, когда в моей голове промелькнули ужасающие образы раздевания.

Фаолин преградил руками путь стражам.

— Я обыщу её.

Он наклонился и взял меня за руки, помогая подняться на ноги. Его глаза метнулись к моим, прежде чем он начал методично обыскивать меня и проверять мои карманы. Я затаила дыхание, когда он полез в карман моего плаща, где лежал матерчатый мешочек с фальшивым ки'тейном. Он медленно вытащил мешочек и нахмурился, ослабив шнурок и вытряхнув на ладонь обычный синий камень.

— Что это? — спросил Корриган.

— Обычный камень, — Фаолин передал его своему отцу и продолжил обыскивать меня.

Корриган изучил камень.

— Я не чувствую в нём магии, — он отдал камень одному из своих мужчин, который отнес его Бохану.

Бохан тёр камень и рассматривал его, словно тот вдруг откроет свои секреты. Когда это не сработало так, как он хотел, он снова обратил свой обвиняющий взгляд на меня.

— Почему это было у тебя? Что он делает?

— Он ничего не делает, — ответила я, чувствую облегчение, когда мой голос не дрогнул. — Это симпатичный камень, который я нашла. Я сохранила его для своего брата.

Фаолин выпрямился и поднял кристалл лаевика.

— Это всё, что у неё есть.

Его отец взял кристалл.

— В лаевике нет ничего особенного.

— Ты что-то упустил, — начал обвинять Фаолина Бохан. — Снимите её одежду.

— Нет!

Я потянула края своего плаща, когда Фаолин шагнул ко мне, защищая.

Корриган нахмурился, глядя на Бохана.

— Её заберут в Неблагой Двор и женщины-стражи смогут провести обыск в уединении.