Мысли не уходят, но я стараюсь не обращать на них внимания и начинаю раздеваться. Стягиваю дрожащими руками свитер, потом джинсы, чтобы остаться простом нижнем белье. На этажерке лежат сложенные полотенца, а рядом висит безразмерный белый халат. Все новое и чистое. Интересно, сколько девушек здесь бывало до меня? Думаю, немало, учитывая количество молодых и холостых мужчин в семье Лисовецких. А скольких из них приводил Глеб? Об этом думать совсем неприятно. Впрочем, какое дело до того, кто с ним был до меня и будет после? Нужно пытаться насладить сегодняшним вечером, когда мы вместе. В конец концов в жизни нельзя все распланировать до мелочей. Это невероятно скучно.

Тянуть и дальше становится как-то совсем уж глупо и нелепо, поэтому я быстро переодеваюсь в халат, забираю вверх волосы, чтобы они не мешались, и скалываю шпильками. Конечно, распущенные смотрятся сексуальнее, но это ровно до тех пор, пока я не залезу в бассейн или джакузи.

Выхожу из раздевалки и медленно направляюсь к бассейну. Пытаюсь расслабиться и убедить себя, что все происходящее нормально. К счастью, Глеб меня не ждет. Он спиной ко мне. Плывет к противоположному бортику бассейна, разбивая воду мощными гребками. Я медленно двигаюсь в его направлении, чувствуя, как перехватывает дыхание от волнения.

Этот мужчина совершенен. Сильная спина, которая буквой V сужается к талии, развитые мышцы плеч и ровный бронзовый загар. Спина переходит в крепкие ягодицы. Глеб не замечает меня, и я могу изучать его безнаказанно. Я уже видела его обнаженным, но тогда вообще смутно могла соображать. Я больше осязала и чувствовала, а потом смущалась и считала, что больше мы с ним не встретимся. Сейчас все иначе. Я тяну каждый миг, запоминаю каждую мышцу на его рельефной спине, наслаждаюсь плавными, выверенными движениями и медленно подхожу ближе. Замираю на бортике бассейна и одним движением скидываю халат, пока не передумала, а потом рыбкой ныряю в воду, даже не беспокоясь о том, что намочу волосы.

Может быть, Глеб ждал иного. Томную деву, которая шаг за шагом спускается в воду, но я люблю плавать и нырять. Надеюсь, его это не разочарует. Впрочем, сам же сказал, мы сюда идем расслабляться и получать удовольствие. Получаю как могу.

Вода прохладная, и когда я выныриваю, тело покрывается мурашками, а соски напрягаются — вид совершенно неприличный. Наверное, все же стоило настоять на купальнике, но уже в любом случае поздно. Глеб разворачивается, проводит руками по лицу вверх, убирая со лба намокшую чёрную челку, которая лезет в глаза и смотрит на меня.

В его взгляде — бушующее чернильное и прожигающее насквозь пламя. Синие глаза потемнели настолько, что их цвет кажется нереальным. Парень делает порывистое движение в мою сторону и замирает, словно останавливая себя.

— Я погорячился, когда попросил тебя раздеться, — хрипло говорит он и сглатывает.

— Ни вопрос… — Слова могли бы обидеть, если я бы я не слышала, что голос Глеба пропитан страстью. — Я могу и одеться, купальник на всякий случай захватила.

— Ни за что! — Он улыбается открыто и меня отпускает. Становится сразу, как-то очень легко и просто и я сама плыву мужчине навстречу.

Глеб

Она охренительная. Просто охренительная и я не знаю, когда сильнее сглупил, когда пообещал, что сегодня не буду с ней спать, или когда попросил забыть купальник. А может, когда сам согласился оставить плавки в раздевалке. Почему мне тогда в голову не пришло, что это взаимоисключающие факторы. Нельзя быть рядом с обнаженной Ликой и при этом ее не трахнуть, особенно если на мне нет даже чертовых трусов.

Я чувствую себя перевозбужденным идиотом. Член стоит, в башке туман, а Лика рядом такая невероятно соблазнительная и женственная, даже без грамма макияжа и с собранными в пучок темными волосами. Больше всего хочется подойти к ней и заключить в объятия, провести губами по изящной шее, поцеловать впадинку у ключицы и…

Но думать дальше нельзя, потому что я уже давно усвоил — больше всего женщины не любят, когда им откровенно врут. Они, способны простить обман в каком-то глобальном смысле, но непременно запоминают мелочи, например, как я обещал, что не буду с ней сегодня спать, но переспал. Поэтому я намерен держаться несмотря на ее томный с поволокой взгляд, коричневые соски на полной груди и бесконечно длинные ноги.

— Ты невероятная… — Я, наконец, отмираю. — Я даже дар речи потерял. Наверное, придется закрывать глаза, когда ты входишь в воду. Иначе у меня велик соблазн нарушить данное обещание.

— Ну, уж нет, — смеётся она, кажется, совершенно не смущаясь. — Меня не устраивает такой расклад.

— То, что я нарушу обещание или то, что не буду на тебя смотреть?

— Пожалуй, и то и другое, — с лукавой улыбкой признается девушка и делает мне шаг навстречу. Боже, стой! Это просто невероятно опасно, и я должен держаться на расстоянии от нее любыми усилиями.