Смущало его только одно, грымт признавал Талну, как прежде Хельгу, а вот его, например, и близко не подпускал. Когда-то он не трогал и первую невесту хозяина, Орию.

Люди могут судить о сходстве по внешности, а дикого кота просто так не проведёшь.

Было в этом что-то настораживающее, вот только что?

Как господин Морэн не пытался разгадать эту загадку, он всё равно не мог понять, отчего грымт позволяет Талне на себе кататься, а при его появлении скалит зубы, хотя кот должен был запомнить его, ведь видел уже множество раз, а эта девушка появилась в доме совсем недавно.

Мысль о том, что животное любит лишь женщин, тоже не имела под собой никаких оснований. Двух служанок зверь порвал, когда те пытались накормить его.

Выходит, кот благоволит лишь к тем, к кому хорошо относится его хозяин?

Тогда что же, его родной сын плохо относится к нему, собственному отцу?

Это звучало вообще, как полный бред.

«Нужно будет как-нибудь поинтересоваться у сына, отчего грымт не рычит на Талну, а не выдумывать всякие глупости», — подумал он и оставил этот вопрос без ответа, надеясь обо всём разузнать позже.

Отец Нита слыл ловеласом, но не дураком. Сын пошёл в него, поражая всех своими знаниями ещё в период обучения. Он намного обгонял ровесников, ещё и потому, что не отвлекался на всякую ерунду, по крайней мере, он так считал.

Побегать в догонялки с другими ребятами? Это не для него. Ну, догонит он их, и что ему это даст? У мальчишек заурядные способности.

А вот догнать в открытом поле быстроногого лафна — другое дело. Этот среднего размера олень бегал очень быстро. Развить подобную скорость смогли бы лишь какие-нибудь спортсмены-спринтеры. Нит мог и иначе поймать его, например, поднявшись ввысь, упасть вниз хищной птицей и… Но это ему было не интересно. Хотелось именно догнать.

И однажды у него получилось.

Что тогда творилось в груди юного белатора даже представить сложно. Сердце грозилось вырваться наружу не только от быстрого бега, но и от восторга, подаренного победой.

Отец гордился сыном из-за того, что он лучший во всём, но в то же время был в нём разочарован. Мальчик не стал ему другом. Хотя папаша очень старался.

В то время, когда его друзья гуляли, прихватив своих отпрысков, в доме увеселений, хвастаясь победами мальчишек на ки, он там пил один. Нита не волновали прелести привезённых охотниками рабынь, как и те, что имелись у белаторок. Он был занят победами над самим собой.

Когда он выбрал для себя Орию никто не знал, как и то, что это она решила, что парнишка, который постоянно гуляет сам по себе, словно кот, вполне достоин того, чтобы его приручить.

Ория полагала, что это будет очень сложно, но оказалось, что Нит и так готов был следовать за ней. Достаточно было лишь несколько раз посмотреть на него не отводя взгляда, когда поблизости не суетились другие подростки. Потом показать, что не такая уж она и недотрога, позволив держать свою руку Кьену во время грозы и когда ночью в лесном измерении воют дикие звери. На самом деле Ория не боялась ничего, она это потом доказала в боях, но это было её стратегией, которая отлично сработала.

Нит и сам не заметил, как стал её тенью.

Он даже ночью оберегал её сон.

Ория — неглупая девушка, так говорили все, а она знала, что из Нита когда-нибудь получится верный и заботливый муж.

Взять, например, того же Кьена.

Он с удовольствием, как бы невзначай, прикасается к ней: то схватит за руки, якобы в шутку, то пригладит волосы. Во время грозы пытается успокаивать, обняв за плечи, кончиками пальцев касаясь её груди. Шепчет успокаивающие слова, но то и дело пытается прильнуть губами к особым точкам на шее. Если бы не пристальный взгляд Нита, Кьен бы давно попробовал воздействовать на них магией, уж чему-чему, а этому его отец наверняка уже научил. Сколько у этого парня было девушек, которых он уронил на ки? Наверняка немало. У него дома несколько наложниц, и они всегда к его услугам. Отчего же он не отходит от неё?

Ория знала, что ответ в её недоступности. Она играла с этим парнем в кошки-мышки, дразнила его на глазах Нита и прекрасно видела, как в глазах младшего Морэна разгорается ледяной огонь, которым он готов убить их приятеля за каждое прикосновение к той, кого он уже назначил на роль своей девушки.

А потом, когда он попытался подарить грымта, окончательно растопив её сердце, Ория поняла, что теперь Нит от неё не откажется. Она — его трофей, единственная цель, которую он счёл для себя достойной. Не ожидала лишь, что парень не станет ждать её окончательного совершеннолетия. Впрочем, даже это можно было предсказать. Руки Кьена становились смелее день ото дня, не замечать его назойливых приставаний было сложно. Нит тоже это видел, а кроме того замечал, что Ории эти «нежности» неприятны.

Последней каплей стала «шутка» Кьена о том, что он женится на ней и тогда…

Он не сказал, что же будет тогда, но в это время почти раздевал Орию взглядом, а губы его пересохли.

Отчего-то ощущения, что он пошутил, не было ни у кого. Как говорится, «в каждой шутке есть доля шутки».

Нит не стал ждать, когда эти слова превратятся в реальность, и отправился к отцу, требовать брака с девушкой. Он не видел своей женой ни одну белаторку, кроме неё. Ория была его парой, он это знал наверняка и потерять её был не готов.