Для Киры, как и для всех, кто видел Белаторию впервые, она показалась Раем.

Девушка восхищённо смотрела по сторонам, завидуя сама себе.

Добрались они под утро, осторожно, чтобы никого не встретить, прошли до поместья господина Морэна. Нит не хотел, чтобы о девушке знали посторонние, Кира так же была предупреждена о том, что говорить о месте, где она родилась, нельзя никому.

Отец Нита обрадовался, он проводил её в отстроенные для Хельги покои, накормил и приказал отдыхать.

— Сын, она очень миленькая, теперь хотелось бы послушать её, но пусть сначала отдохнёт. Почитает после обеда. Я полистал счетословы, которые пришли вчера. Картинки очень занятные, жаль, что они есть не везде. Спасибо.

Ты тоже отдохни. А завтра с утра отправишься обратно.

— Не могу, там Ория одна.

— Что может случиться? Она ведь жила там, пока ты её не нашёл, там был её мир.

— Нет, я поем и уйду, и так она была без меня с прошлого вечера. Спала одна. А вдруг гроза? Она ведь боится грозы.

— Подожди пока я прослушаю новую рабыню. Вдруг мне не понравится, как она будет мне рассказывать литературу. Тогда заберёшь её обратно.

— Хорошо, пусть отдыхает только до обеда, потом послушаешь и я уйду, чтобы к завтрашнему утру мне вернуться к Ории.

Время до обеда пролетело очень быстро.

Кира проснулась и её тут же обступили служанки. Они одели девушку и проводили к столу.

Госпожа Морэн была в курсе того, что муж затеял. Она не была против этого, всё лучше, чем если он будет продолжать проводить время в домах увеселений.

Послушав Киру, она сказала, что литература — это действительно очень занятное развлечение, поэтому днём девушка будет в её распоряжении, а вечером пусть муж делает что ему угодно.

Нит был рад, что родители остались довольны и через полчаса отправился обратно.

Хозяйка усадьбы подарила новой рабыне все свои старые платья, многие из которых так ни разу и не надела. Они пришлись впору, только рост у Киры был немного ниже, поэтому некоторые вещи пришлось отдать слугам, чтобы они их подшили.

Она видела, как муж гладит руку девушки и только улыбалась, надеясь, что это увлечение надолго. За ужином госпожа попросила Киру выпить какой-то горький напиток, а потом пришёл господин Морэн и сказал ей, что хочет показать, как выглядит ки.

Девушка поняла, что он имеет ввиду, ведь мужчина не сводил с неё глаз.

«Боже, он позвал меня в спальню? Страшновато спать с ангелом, говорят, после такого могут родиться крылатые дети — нефилимы. Надеюсь, всё обойдётся. В конце концов он, наверное, знает, что делает. Значит, и мне боятся нечего, знала на что подписывалась. Странно, что его жена, зная обо всём, не закатывает скандалов, а только улыбается. Она очень приятная девушка, а сколько подарков мне сделала… надеюсь, мы подружимся. Вот что значит, ангелы, а не люди, у них и отношения в семьях другие».

33.

Ольге не спалось.

Она ворочалась с боку на бок, пытаясь понять, что же за дела появились у мужа, в которые он её не хочет посвящать.

Неожиданно в глазах у неё потемнело, и Ольга поняла, что её, замотав в одеяло, куда-то несут. Она даже сопротивляться не могла, потому что потеряла через секунду сознание.

Очнулась у себя дома, всё в порядке, рядом Нит. Только во рту странный неприятный привкус.

«Какой жуткий сон!»-подумала девушка и поспешила рассказать о нём мужу.

Нит напоил её ароматным чаем и сказал, что это был лишь кошмарный сон, который можно забыть.

— Такой чай вкусный, пахнет какими-то цветами, только цвет странный, и словно с искорками внутри.

— Рад, что чай тебе понравился. Не бойся ничего, я ведь рядом.

— Хорошо, что ты вернулся. Сказал же, что не придёшь, я даже расстроилась и успела соскучиться. Что там за дела такие, что держат тебя так долго? Мне без тебя даже кошмары снятся! Я теперь не усну, пока ты не обнимешь меня. Или боишься, что расправятся крылья и снесёшь ими полквартиры?

— Потом тебе обо всём расскажу, хорошо. А сейчас ночь, разговоры подождут. Свои крылья я сумею удержать, а ты?

— Я могу лежать на спине. Придавлю их и квартиру не разгромлю.

— Точно этого хочешь? Не пожалеешь потом?

— Почему я должна пожалеть? Говорю же, не усну без тебя. Диван, даже в расправленном виде, это не ки, но тут уже ничего не поделать. Мы и так жили, как монахи несколько дней, боясь прикоснуться друг к другу. Иди ко мне!

Ольга откинула одеяло и похлопала ладошкой рядом с собой.