— Здравствуйте, — ответил мужской голос из переговорного устройства, — снимите головной убор и покажите свой пропуск.

Владимир снял шляпу, поругав мысленно себя за то, что не сделал этого сам, вынул из кармана пропуск и показал его камере наружного наблюдения.

— Проходите, Владимир Геннадиевич, — ответил голос, и дверь открылась.

Нетрудно догадаться, что на ключи дверь закрывали, только когда в помещениях никого не оставалось, а в остальное время работал электронно-магнитный замок.

Детектив прошёл в офис. Недалеко от входа находилась кухня-столовая, там стоял запах кофе, который был всегда, как помнил себя Владимир в этом помещении. Пройдя по коридору, детектив подошёл к комнате, переоборудованной под кабинет главы городского подразделения. Он постучался.

— Да, да! — ответил женский голос с той стороны.

Детектив зашёл. В кабинете висели портреты президента Российской Федерации и Феликса Дзержинского. Рядом с окном стоял директорский стол, за которым стоял флаг России в подставке на флагштоке. За столом сидела женщина тридцати пяти лет с рыжими волосами и в очках.

— Изольда Николавна? — Владимир немного удивился, — а где же подполковник Петров?

— Его отправили в отставку где-то полгода назад по выслуге лет.

— Надо же. А ведь он моложе меня.

Изольда посмотрела на Владимира в упор.

— Да, он моложе Вас, Владимир Геннадиевич. Но, во-первых, Вы — наш внештатный сотрудник, а во-вторых, скажу Вам по секрету, детектив, кое-кто сплавлял в Зарубино людей, назовём их «группами туристов», к нашим новым друзьям, что у нас категорически не приветствуется.

— Я понял Вас. Так что тут за дело?

Изольда кивнула и пошла к сейфу.

— Что Вы стоите, Владимир Геннадич, садитесь напротив меня!

Владимир сел за предложенный ему стул. Изольда открыла сейф и вынула оттуда флешку, затем вернулась на своё место. Из ящика стола она достала ноутбук. После включения она вставила флешку и открыла накопитель. Там она нашла видеофайл и включила воспроизведение, затем развернула экран к Владимиру. На видео был показал семнадцатилетний подросток, лежавший на больничной койке. Он сказал:

«Передайте Арефьеву Владимиру Геннадиевичу, Василий Тишман вернулся. Он уже идёт к нему и скоро они встретятся. Круг сомкнётся, и кровь смоет кровь»

— И что? Малолетний наркоман, убивал людей со своим дружком, вот и чокнулся. А про Тишмана вся Пенза знает! Он почти такая же знаменитость, как и Чикатило с Пичушкиным.

— Так или иначе, мы должны проверить этот сигнал. Эксперты установили, что в тот вечер в лесу был ещё кто-то.

— А я — старый дед — вам зачем?

— Вы брали Тишмана, Вы вели его дело. Вы знаете эту ситуацию изнутри. И, как показали наши разведданные, Вы с недавних пор поддерживаете дружеские отношения с семьёй его дочери.

Вот тут Владимир уже удивился по-настоящему.

— Это с кем это?

— Татьяна Тишина — дочь Василия Тишмана. Ирония судьбы, менять фамилию, чтобы потом оказаться с почти такой же, — Изольда отвела взгляд и улыбнулась.

— И какая мне мотивация этим заниматься?

— Ваша мотивация — десять тысяч евро. Скорее всего, Вам придётся рисковать жизнью, раз там такие страсти, что этого парня усыплять пришлось. Предоплата — двадцать процентов. Как там, на базаре говорят? Годится?

Владимир махнул рукой.

— Ладно, убедили. Пишите контракт.

— Предоплату получите в пятницу вечером на карту. Мы Вас вызовем на подпись.

Владимир ушёл домой.

В конце рабочей недели Владимир снова заходил в контору, чтобы подписать контракт. Аванс ему выплатили, и он незамедлительно приступил к выполнению задания: нужно было найти того, кто был в лесу кроме «молоточников» и их жертвы, и определить, как со всем этим связан расстрелянный в 1980 году Василий Тишман. Владимир перевёл две трети суммы в рубли и оставил аванс в банке.

К этому времени он успел подготовить план действий и, благодаря своим связям в органах внутренних дел, он смог получить нужные ему адреса. Сначала он направился к матери Гошана. Она жила в старом частном доме недалеко от Новозападного кладбища. Юношу-убийцу тайно похоронили в безымянной могиле за два дня до этого, во избежание осквернения, за счёт государства. Женщине сообщили, что её сын был убит, она расстроилась, но грустила недолго: алкоголь притупляет боль утраты.

Мать Гошана жила с старом частном доме. Владимир зашёл на территорию её участка и постучал в дверь. Подождав минуту, он не получил ответа и постучал снова, но настойчивее. Он знал, что она дома, ей просто больше негде быть. В доме послышался шум, где-то что-то упало, судя по звуку, металлическое; затем в из сеней донеслась матерная брань женским севшим голосом. Входная дверь открылась и перед детективом предстала хозяйка дома. Располневшая и отёкшая наполовину седая женщина с мешками под глазами. На вид ей было лет сорок или сорок пять. Она стояла, держась за ручку двери, одетая в красную выцветшую футболку и синие спортивные штаны.