Меня опускают на что-то прохладное, и я понимаю, что мы на кровати. Лечь мне не позволяют, сзади уже ждет Вереш, который облокачивает меня на свою грудь, и проводит языком по шее, от чего я выгибаюсь дугой.

Рат поднимает сорочку до груди, где ее подхватывает и снимает Вереш. А волк в это время целует мои ключицы, языком проводит дорожку до груди, обводит вокруг ореола, и втягивает сосок в горячий рот. Стон от прострелившего меня удовольствия вырывает глубокий и грудной. Облизав сосок языком, он неспешно прокладывает дорожку ниже, вылизывает пупок, от чего мои глаза закатываются.

Вереш же в этот момент начинает руками ласкать мою грудь, то оттягивая соски, то сжимая их, то крутя. Меня трясет от желания, слова не приходят на ум, только стоны срываются с моих губ. Я неосознанно широко расставляю ноги, когда Рат языком проводит по низу живота языком. Вереш покусывает мочку уха, рассылая табун мурашек по телу, и в этот момент Рат втягивает сосредоточие женственности в рот.

— Ох мамочки, — шепчу я, полностью теряясь в этих новых для меня ощущениях. Меня никто никогда так не ласкал.

Вереш опускает меня на кровать, и жадно начинает целовать. Ощущение от языка Вереша во рту, и языка Рата у меня между ног кружится голова. Эмоции зашкаливают. Волны удовольствия накатывают одна за другой, и каждая все сильнее. Мое тело напрягается стараясь получить такую желанную разрядку. И перед самым оргазмом Рат отстраняется от меня, заставив хныкать от разочарования в рот Верешу. Меня буквально трясет от всего, что сейчас происходит с моим телом. Но долго меня не оставили без удовольствия. Рат быстро заменил свой язык. Одним четким плавным движением он заполнил меня до конца, отправив тем самым к небесам считать звезды. Оргазм был сильный, сокрушающий. Такого я не испытывала еще ни разу в жизни. И ради такого можно было переступить через свои принципы и убеждения. Ради такого можно было пасть до ночи с двумя мужчинами одновременно!

Толчки Рата плавные и неспешные, они возвращают меня в мое тело обратно, и с новой силой разжигают огонь в крови. Вереш ласкает мое тело поцелуями, легкими укусами, и поглаживаниями. Крики удовольствия срываются с моих губ. Я не могу их сдерживать. Цепляюсь за волосы своего дриада и тяну на себя для поцелуя. Сейчас мне очень хорошо! И пусть все, что было до этого, сотрется, исчезнет. Я возрождаюсь вновь. Тут и сейчас! Восстаю из пепла, словно феникс.

Толчки Рата уже нетерпеливые, резкие и глубокие. Он тяжело дышит, и через несколько движений чуть поменяв угол, снова отправляет меня за грань с победным рыком удовольствия. Вереш отстраняется от меня, и, не успев, почувствовав холод, на меня тут же опускается мощное тело Рата. И через еще мгновение, я чувствую болезненный укус в области плеча.

— Ай, — вскрикиваю я, тут же возвращаясь из сладкой неги, — что это было?

— Прости, моя маленькая, так нужно было, — шепчет он мне на ухо, и, поцеловав в губы, скатывается на кровать.

— Сейчас все пройдет, — тут же занимает его место Вереш.

Он нежен и медлителен. Нежно оглаживает мое тело руками, успокаивая. А потом втягивает мой сосок в рот, опять разжигая во мне пожар. Мне уже не нужно столько ласк, как перед этим. Я подготовлена для него. Горячая и мокрая. И Вереш пользуется этим, проникая в меня медленно. Давая прочувствовать всю его длину и мощь, миллиметр за миллиметром.

Вереш другой. Он более нежный, трепетный, и ласковый. Он целует меня в момент проникновения, ласкает грудь, гладит ноги. Мурчит как кот от удовольствия. А я погружаюсь в эти ощущения все больше и больше. Страха нет! Я хочу тонуть в этой нежности. Меня наполняет удовольствие, переплетенное с нежностью и страстью.

— Давай, моя хорошая, я не выдержу больше, — шепчет мне в губы мой розовоглазый дриад, увеличивая темп и глубину толчков. А я как по команде разлетаюсь на кусочки, и вновь собираю себя по крупицам, медленно и долго, не желая возвращаться.

В себя пришла тогда, когда мое тело опустили в чуть прохладную воду, и в четыре руки стали мыть. Промежность немного пощипывало, но это не привносило болезненных ощущений. Так, легкий, и даже приятный дискомфорт, который напоминал о пережитых четырех оргазмах.

Мы молчим, потому что сейчас слова не нужны. Мужчины светятся как солнышки. Их горящие глаза и счастливые улыбки говорят громче слов. А я сейчас настолько довольна и опустошена, что вообще ничего вымолвить не смогу. Тело расслабленно, по нему пробегают отголоски удовольствия. И единственное желание, которое есть в голове, это сон.

После ванны, меня обтирают полотенцем, и голую укладываться в кровать, зажимая с двух сторон сильными горячими телами. И я тут же проваливаюсь в сладкий сон.

Утром проснулась я в отличном настроении. Еще даже не открыв глаза, я потянулась всем телом, и, почувствовав приятную боль, вспомнила о прошедшей ночи, и объятиях двух мужчин. Стыд! Вот что я почувствовала сразу же, как только осознала реальность до конца. Но сделанного не вернешь. Да и признаться, мне очень понравилось. Так что, поглубже стыд, и вперед в новый день удовлетворенной и с хорошим настроением!