— Это превосходно, — выдохнул младший из поваров. — У вас талант. Очень вкусно! Как называются эти странные шнурки?

— Это домашняя лапша, — пояснила ему.

— Я запомнил рецепт, — кивнул он, и принялся уплетать суп, закатывая глаза от наслаждения.

Все они выразили благодарность мне. Я же попросив емкость, которую можно переносить, перелила суп в кастрюльку, с закручивающейся крышкой, и стала ждать хоть каких-то новостей. Парни наложили какое-то заклинание, и уверили меня, что суп не остынет, и останется таким же свежим, как только что снятый с плиты.

Через долгих два часа ожидания, за которые я обошла на несколько раз дом своего мужа не замечая обстановки и не запоминая расположение комнат, пришел бета.

— Гэйна, — окликнул он меня. — Все улажено. Нас ждут в храме.

— Да конечно, — заторопилась я. — Только надо зайти на кухню, и захватить угощение пострадавшим.

— Угощение? — Удивился Фантон.

— Да, я приготовила бульон, который поможет восстановиться после тяжелых ранений, — почти бежала на кухню.

— Приготовили? Сами? — Чуть не споткнулся бета.

— Это долгая история, — отмахнулась от него. — Если захочешь, потом расскажу.

Фантон сосредоточено кивнул, окинув меня странным взглядом. Я показала ему кастрюлю с супом, и, взяв угощение, мы тут же нырнули в портал.

Я думала, что мы отправимся в храм. Но место где мы вышли, отличалось от него. Светлые стены, запах трав, и с десяток кроватей, на которых лежали существа разной степени покалеченности. Рядом с ними суетились несколько парней в зеленых накидках, водили руками, и чем-то поили.

— Это лекарский отдел при дворце, — сказал Фантон, видя мой растерянный, заинтересованный взгляд.

— При дворце? — Перевела на него взгляд. Меня так поразила сама ситуация, что мозг противился воспринимать слова.

— Да, сейчас мы находимся во дворце, — важно кивнул бета. — А вот кровати послушников с первого храма, — показал он в угол помещения.

Переведя взгляд, не смогла сдержать всхлип. Видимо до них еще не успели добраться лекари. Урката узнала с трудом. От лица светлого дриада почти ничего не осталось. Его красивые глаза заплыли, все лицо было изрезано, а участки, которые уцелели, были покрыты гематомами. Сползшее одеяло открывало обезображенную грудную клетку с ожогами. От жалости у меня замерло сердце, а в горле встал огромный ком, который была не в силах проглотить.

— Бедный Уркат, — прошептала, не осмеливаясь подходить. — Фантон, прошу тебя, пусть ему окажут помощь.

— Его не будут лечить практиканты, — покачал головой бета. — Послушников первого храма, по распоряжению вышестоящих будет лечить дворцовый лекарь.

— А где он сейчас? — Растерялась от бездействия этого лекаря. Ведь раны ужасны, и нужна срочная помощь. Видно не вооруженным взглядом, что он почти не дышит. Может, у него ребра сломаны, а ему никто не помогает.

— Я не знаю, но поверь, у них все под контролем, и никому не дадут погибнуть, — постарался приободрить бета.

Конечно его слова меня не успокоили. Поймав одного из практикантов, попросила холодную воду с тряпочкой, что бы обмыть кровь с мужчин, и хоть как-то помочь. Практикант, несмотря на загруженность, быстро мне предоставил желаемое.

Присев на край кровати, намочила тряпочку и стала обмывать лицо первого послушника. Такое светлое и красивое когда-то, сейчас оно напоминало отбивную. Уркат тихо застонал, чем нехило меня напугал.

— Тише, Уркат, это я, Василиса. Все хорошо, тебе скоро помогут, — прошептала, не питая надежды что он меня слышит. — Ты молодец. Такой мужественный и смелый. Ты обязательно поправишься, я уверена. Эффа ни за что не оставит тебя. Ведь ты ей так предан. Я молю ее за вас!

Может, подействовал мой шепот, а может Уркат просто потерял сознание. Но он больше не издавал стонов боли, и дышал ровно. А я продолжала ему шептать все, что думала в надежде, что ему так легче.

— Знаешь, ты обязан поправиться и прийти в себя, — принялась за грудную клетку. — Мы ведь так и не стали хорошими друзьями. Ты мне очень нравишься, и я действительно вижу в тебе хорошего, мудрого друга, который будет моей поддержкой в этом мире. Пусть это звучит эгоистично, но ты мне нужен. Я ведь почти одна в этом большом и незнакомом мире. А еще ты просто обязан попробовать суп, который я приготовила специально для тебя. Готовила с душой. Прости, но твой суп уже попробовали повара, которые мне помогали. Они сказали, что получилось очень вкусно. Так что ты просто обязан прийти в себя ради этого кулинарного шедевра.

Обмыв части тела, что мне были доступны и к которым позволяли прикасаться правила приличия, и моя женская скромность, приступила к остальным послушникам. Все они были в плачевном состоянии. Над ними очень сильно поиздевались. Ожоги, порезы, побои, рваные раны. Я меняла воду кажется с десяток раз у каждой кровати. Промывала раны аккуратно, стараясь не приносить еще большей боли. А лекарь все так и не появлялся.

— Гэйна, уже поздно, нам пора возвращаться, — напомнил о своем присутствии Фантон.