И мне не удалось сдержать улыбку.

Хотелось обнять ее и поблагодарить за поддержку, но сложно это сделать, когда ты всего лишь бестелесный дух. Потому я нежно ей улыбнулась и успела шепнуть: «Спасибо!» — прежде чем магия окончательно ослабла, и меня снова вынесло на то же место, к костру.

Улыбка всё не покидала моих губ. Боги, спасибо вам за сестер! Мир может хоть вывернуться наизнанку, но мои сестры всегда будут на моей стороне. Ребекка так точно. А три сестры Ньер — это огромная, весьма существенная сила.

Я чуть приоткрыла глаза. Костер уже прогорел, и только угли краснели под слабым дыханием ветерка. На моей талии этак по-свойски устроилась рука Рейма, а спиной я чувствовала, как мерно и сильно во сне поднимается его грудь.

Вот почему мне было так тепло и уютно. И так… теперь волнующе, что я едва заставила себя закрыть глаза. Нужно было поспать. Завтра, думаю, день будет ничем не легче сегодняшнего.

И ничего тут особенного нет. Рядом всегда теплее, учитывая, насколько холодна ночь. И всё же, повинуясь неясному порыву, я накрыла его ладонь своей. Зачем? Одним богам это известно. Но об этом я подумаю как-нибудь потом.

Проснулась я уже в полном одиночестве. Даже засомневалась, а не приснилось ли мне все. Включая разговор с Ребеккой.

Хоть как раз аудиенция у сестры казалась более чем реальной. Как и ее обещание немного сгладить обстановку при дворе и в Ньрекеле, что даст мне время уйти подальше. Не представляю, как она собирается это сделать. Боюсь, ей придется задействовать все свое влияние и авторитет. Очень надеюсь, что влюбленный по самые уши лорд не настолько влюблен, чтобы искать меня в песках. Не любят жители королевства песков. С ними связаны не лучшие воспоминания.

Битвы за Транарх, к примеру.

Самый большой город юга переходил из рук в руки столько раз, что позолота облезла с флагштока, на котором все время менялся флаг. И переходил город отнюдь не вследствие мирных переговоров. Старики и ветераны рассказывали, что пески под стенами города были пропитаны кровью разных народов настолько, что уже не могли ее поглощать.

И все же Транарх принимал торговцев со всего мира. Несмотря на племена воинственных пустынных жителей, которые не упускали случая припомнить проклятым лордам из лесов и болот все обиды.

В чем-то я их понимала. Кто простит захватчика, который пришел в твои земли убивать? Пусть даже оправдывал это самыми благородными намерениями?

Транарх все же удержать не удалось. Как и всю пустыню. И теперь город вот уже полсотни лет принадлежит коренным жителям. Что, как мне кажется, абсолютно правильно и справедливо. Вот только рады ли будут там выходцам из нашего королевства? Что ж, вот и проверим!

Правда, для начала не мешало бы добраться до песков.

Я села и растерла руками лицо, прогоняя остатки сна. Сунула руку в котомку, доставая гребень. Но первое, что попалось под руку — шероховатая обложка книги. И снова эти смешанные непонятные чувства. Вспомнились слова лодочника. Может, действительно стоило хотя бы взглянуть, что там внутри?

Потом. Время еще будет, надеюсь.

Рейма не было нигде. Догорал огонь, тянуло дымом между деревьями. Я закрыла глаза и раскинула магическую сеть.

В этот раз получилось быстрее, легче и даже немного дальше. Может, я не так уж и безнадежна?

А вот Рейм теперь нашелся сразу. Чуть выше по течению. И я недолго думая поднялась и побрела именно в ту сторону, на ходу переплетая волосы. Ожидала уже ставшего моим неизменным спутником головокружения, но обошлось. Только чуть поплыло в глазах. Но и это быстро прошло. Вероятно, это хороший знак.

Потому я бодро зашагала в сторону, где должен был находиться Рейм.

И… как-то поторопилась, наверное. Потому что была просто не готова к открывшейся картине.

Рейм рыбачил. Стянув рубашку, в одних штанах он ловил рыбу на мелководье длинным тонким копьем. Капли блестели на загорелом, сплетенном из крепких мышц теле. Он казался мне худощавым, но на деле — был скорее… поджарым. Как любила говорить Шарлотта: «С идеальным телом воина!» Ну, вот теперь я понимаю, как именно это выглядит. И это как минимум красиво.

Никогда не думала, что мне понравится разглядывать полуобнаженного мужчину. Это просто верх неприличия. Узнала бы Эн, до чего докатилась ее маленькая Анна, бедняжку бы удар хватил. Но… она не узнает. И это примиряло меня с совестью.

— Ты могла бы искупаться, пока есть время, — не поворачивая головы произнес Рейм, и в этот момент мне стало наконец стыдно.

Лицо обдало жаром, и я прямо чувствовала, как неудержимо краснею. До самых корней волос. Даже отвернулась. Пусть думает, что исключительно чтобы не подглядывать за ним.