Мы как раз возвращались домой, когда позвонила Алина, весело сообщив, что скоро будет. Время близилось к обеду. Вика спала в своей коляске, которую для меня купил Слава. Коляску для двойняшек Слава отвез куда-то в гараж, сказав, что отдаст, как только она мне будет нужна. Но я пока не могла ее даже видеть, не говоря уже о том, чтобы ее продать или отдать кому-нибудь. Я сознательно убрала с глаз все, что напоминало о том, что девочек должно быть двое. Вторую кроватку и коляску Слава и Алина убрали до меня, сама же я собрала все пакеты с одеждой, которые предназначались для Василисы. Конечно, одежду могла носить и Викуля, но я не могла даже видеть рядом два одинаковых комплекта детской одежды. Сразу начинали трястись руки, а из глаз текли слёзы.

Я медленно ходила по детской площадке, где носились ребятишки, играя в снежки. Погода была прекрасной. Всего минус десять и снег. Впитывала эту атмосферу радости и счастья. Дочка же крепко спала.

— С наступающим, Сафронова! — услышала я веселый голос подруги за спиной.

Алина стиснула меня в объятиях быстрее, чем я успела вымолвить хоть слово.

— И тебя, Алимова! — ответила ей в том же тоне, — а ты чего так рано?

— Ты не рада меня видеть что ли? — фыркнула она, а я рассмеялась.

— Конечно, рада!

— У меня для тебя подарок! — она протянула мне конверт, который я взяла осторожно.

— Открывай, — потребовала подруга.

Я кивнула и распечатала. На фиолетовой бумаге золотыми буквами был выведен логотип СПА-комплекса, в который мы часто ходили с Алиной вместе раньше.

— Я тебя записала в СПА! Так что давай мне сюда нашего птенчика и шуруй. Через сорок минут начинается твой сеанс.

Я как-то не готова была к такому подарку, поэтому удивленно уставилась на Алину.

— Отмирай, Наташа. Я же тебе не бомбу подарила. Там массаж, фитобочка и маски всякие. Отдыхай! Мамам нужно себя беречь и любить!

— Спасибо тебе, Алина!

Я вымолвила слова благодарности с трудом, хотя такая забота мне было особенно приятна. Я мечтала о массаже ещё с того момента, как забеременела, потому что моя поясница начала побаливать, а к концу беременности и вовсе разболелась, как у старушки.

— Беги, — улыбнулась Алина, отобрав у меня коляску.

— Идите домой, — я стала копошиться в сумке, чтобы найти ключи, но Алина меня остановила.

— У меня же есть запасные. Не переживай.

Радостная я поскакала в салон, надеясь на пару часов кайфа от умелых рук массажиста. Тревожное состояние, как рукой сняло, а я расслабилась, начиная, как и раньше с предвкушением ждать этого прекрасного дня! Я ждала чудес.

***

Со счастливой улыбкой на губах я вышагивала домой. Мне сделали потрясающий массаж, обмазав все тело кокосовым маслом, которое пахло просто божественно. Как только я освободилась, сразу позвонила подруге, которая заверила, что у них все в порядке.

Я купила стаканчик с чаем и довольная шла домой, медленно попивая свой горячий напиток. Не дойдя до подъезда несколько метров, я увидела незнакомую машину и вздрогнула. Вернее было три машины, которые беззастенчиво перегораживали проезд другим. Интуитивно я попятилась назад, как откуда ни возьмись, меня обхватили мужские крепкие руки, и я вскрикнула, закрывая рот ладошкой.

— Тшшш, Наташа, это я, — прошептал Слава.

Черт, как же не вовремя!

— Привет, — выдавила я из себя.

— Привет, — он улыбнулся так мягко, что я даже отключилась от терзающих меня догадок, — я тебе подарок привез.

— Спасибо, — я сама потянулась и коснулась уголка губ своими Славу, хоть и целилась в щеку, и, не позволяя ему очнуться, быстро протараторила, — я тебе позвоню, ладно?

Он явно не понимал, что происходит.

— Я хотел поговорить, — предпринял он ещё одну попытку.

— Обещаю, что поговорим, но мне сейчас нужно идти, — я быстро развернулась и сама пошла на встречу к охране отца.

Через десять метров я нагнала их, а они молча развернулись и пошли за мной. Открыли дверцу большого внедорожника передо мной, и я юркнула на заднее сиденье, ожидая, что именно там будет сидеть отец. Собираю все силы в кулак и медленно поднимаю свой взгляд на него. Вздрогнула, сама не зная от чего. Отец.

Он постарел, в уголках глаз лучами пошли морщинки, но от него по-прежнему веяло какой-то силой, отчего я чувствовала себя маленькой девочкой Наташей, нашкодившей очередной раз. В салоне все пропахло его парфюмом. Я смотрела на отца и думала о том, как самый родной человек может быть таким чужим. Мы молча рассматривали друг друга. Внимательно впитывали глазами изменения.