Приехал в офис раньше начальства. Оглядел себя в зеркале. В официальном костюме я выглядел строго и по-деловому. Роман Юрьевич это оценил, а ещё ему понравилась моя работа в проекте.

Уловка с фото тоже сработала. Не думаю, что надолго, но надеюсь, что мне хватит времени зарекомендовать себя ещё больше. Если для Демидова-старшего профессионализм играет большую роль, чем ориентация, то он меня не уволит.

Родители Кира уехали, мы сидели в офисе и обсуждали свадьбу. Я пожаловался на то, что хотел купить торт и отпраздновать свой день рождения один.

– Черт! Прости. Я забыл, что у тебя день рождения. Поздравляю, мой хороший. Едем за подарком. Я тут нашёл автосалон, где нормальные подержанные авто продают, – повинился Кир, а потом чмокнул меня в нос.

– Кирилл, это дорого. Я возьму в кредит, – возмутился я.

– На тебе и так ипотека. Ничего не хочу слушать. Ты достоин такого подарка.

Я сидел на столе, а Кир стоял между моих ног. Он погладил мою задницу. Я развернулся и толкнул его. Кир с размахом впечатался спиной в стену, а я обхватил его горло руками.

– Я не шлюха, Кирюша. Запомни раз и навсегда, – рыкнул я прямо в его лицо.

Мне были неприятны его слова и поглаживание моей пятой точки при этом. Создавалось впечатление, что он дарит мне подарок, будто напоминая, что я его шлюха, но это не так. Я разозлился и впервые применил к Киру силу.

– Андрей, никто не считает, что ты продаёшь свою задницу за деньги и подарки. Ты для меня не только любовник, но и друг. Это подарок другу, Андрей, – начал оправдываться Кирилл.

– Ладно, если ты так хочешь, – улыбнулся я.

Что ж, если он хочет подарить мне машину как друг, пусть дарит. Подержанный вариант не стоит таких огромных денег, как новь"e.

А вообще, я не собирался справлять свой день рождения вот так. Ненавижу его. Я всегда завидовал сверстникам и другим детям. У них был праздник и подарки. У меня тоже был праздник, а в подарок пьяные рожи матери, отца и бабки, кроме них, ещё толпы таких же опущенцев. Родители закупались водкой и дешёвой закуской. Мне даже лимонада или сраного чупа-чупса не перепадало. Редкий случай, когда кто-то из гостей приносил замусоленную конфету или яблок, сорванных на чужом огороде.

Таким образом, в маленькой комнате родителей стоял дым коромыслом, в прямом смысле слова. Курили тут же, в открытое окно. Пили много. Заставляли сидеть с ними и кушать. Иногда гости дебоширили. Тогда уризонивать разгулявшихся приезжала полиция. «А ч"e такова? Между прочим у моего сына день рождения», – оправдывалась мама.

Больше всего бесило, что полиция грозила пальцем и уезжала. Им было насрать на всё. Они не замечали, в каких условиях живёт ребёнок. Хотя я бы поспорил где лучше: в детском доме или с такой роднёй.

Мы с Кириллом приехали в автосалон подержанных авто. Удалось купить недорогую, но хорошую тачку. Я сдал на права по настоянию Кира и теперь мог ездить сам.

В будущем я стану большим человеком и докажу всей родне, что ребёнок из маргинальной семьи может тоже чего-то добиться. Если они захотят со мной поздороваться, я отвернусь и пройдут мимо. Моя детская мечта и я иду к своей цели. Во многом мне помог Кирилл. Никогда не забуду этого и всегда останусь верен ему и благодарен за всё, что он для меня сделал.

***

Прошло семь месяцев. Несмотря на то, что Кирилл женился, мы продолжали быть любовниками. Лида бегала с судками к нам в офис, чтобы накормить. Мне было стыдно есть, но Кир настаивал. Он относился к своей жене и браку, как к вынужденной мере. Жена – не стена: хочу – иду домой, хочу – тараню задницу любовника на диване клуба. Правда, в последнее время Кирилл больше времени с Лидой проводил. Она вот-вот должна была родить.

– Ого, ты прямо светишься весь, – удивился я, когда Кирилл утром зашёл в при"eмную.

– Привет. Можно меня поздравить. В шесть утра у меня сын родился, – ещё шире улыбнулся он.

– Это радостное событие. Поздравляю, – я подошел и обнял друга.

Мы, как всегда, сели пить кофе. Кир постоянно улыбался, а потом выдал:

– Андрей, ты мог бы быть его крёстным?

Чего? Он обалдел совсем от радости?

– Одно дело – спать с тобой сейчас и не чувствовать вины. Я знаю, что это ты так решил. Ты знаешь, что когда-то я от тебя уйду. Другое дело – быть крёстным отцом малыша и спать с его папой. Это неправильно. А ещё я не верю в бога. Совсем не верю. Родители не потрудились покрестить. Сам я это делать не хочу.