И смотрел при этом на меня так снисходительно, что прям обидно стало.

Вот к чему он клонит?

— Мне не нужна жертва, медовая, — подался вперёд, ласково улыбнувшись, и поддел мой подбородок пальцем, приподнимая, заставляя смотреть исключительно мне в глаза. — Я не маленький, способен и потерпеть. Но я не хочу, чтобы ты потом жалела. Всё будет, но только тогда, когда ты действительно будешь к этому готова. Когда по-настоящему захочешь сама, а не потому что это нужно мне. Поняла?

— К-кажется, — пробормотала всё так же растерянно.

Если честно, не понимала. Какая разница в шестнадцать или восемнадцать, если я больше, чем уверена, что у меня будет только он один? Но только как это доказать сидящему рядом?

Артём на это только вздохнул и покачал головой.

— Держи, — залез в карман пальто и достал оттуда ключи, сунув их мне в руку. — Иди первая. Я пока пакеты достану и машину закрою.

— Хорошо, — кивнула согласно, зажала полученную связку в ладони, и вылезла на улицу, направившись к подъезду.

Очень хотелось обернуться, чтобы узнать, смотрит ли мне вслед Артём, но сдержалась. К тому же, у меня появилась другая проблема — страх быть застуканной Анькой у квартиры Акимова. Вот и сердце отбивало бешеный ритм, пока я ждала лифт и поднималась на нужный этаж. А вот там…

Нет, на площадке не было моей подруги. Всё вышло куда как хуже. Бабушка из соседней квартиры. Которая знала меня ещё маленькой. Вот же попадос. Она ещё, похоже, только что пришла откуда-то. Как раз остановилась возле лестницы, выставив перед собой две тяжёлые сумки.

Как же не вовремя…

— Ой, Галюнечка, — тут же засюскала она. — К подруге пришла?

— М-м… ну, а к кому ещё-то, баб Тань? — постаралась соврать как можно правдоподобнее, выдавив улыбочку.

— Ну да. Ты только, когда домой пойдёшь, осторожнее, — понизила голос до доверительного шёпота. — Поселился у нас тут один, — кивком указала на квартиру Артёма. — Алкоголик и бабник, тьфу, — сплюнула на лестничную площадку. — Каждый день таскает по несколько девок к себе. А после ещё полночи спать не дают. Охальники, прости госспади! Так ладно бы только это! — и столько возмущения в тоне. — Я тут видела, как он к нашей Анечке приставал. Она к нему за солью пришла, а тот её сразу к себе зазывать начал. Вот ладно я мимо проходила…

А я не знала плакать или смеяться с её рассказа. О других девушках я и без того знала, но отчего-то по сердцу словно кинжалом полоснуло. А вот с истории о соли едва не рассмеялась. Пришлось губу закусить, чтобы сдержаться.

— Я поняла, баб Тань. Спасибо за предупреждение, — всё же умудрилась выдавить из себя. — Только это наш физрук. И он хороший, честное слово. Но бабник, тут ваша правда, — тяжко вздохнула. — Ничего, перевоспитаем, — подмигнула бабульке и демонстративно повернулась к дверям Ани.

— Ой, Галюнечка, такие не перевоспитываются, — проворчала та, вызывая лифт. — Помяни моё слово, намается с ним ещё его жена в будущем. Видали мы таких… хороших. Так что ты держись от него подальше. И как только таких до обучения допускают? А если девок попортит?

— Ой, баб Тань, вы такая смешная, сейчас такие девки пошли, сами кого угодно попортят. Артём Николаевич от них вон бегает каждую перемену, — поспешила я обелить мужчину.

Да и правду сказала.

— Прям уж и бегает? — съехидничала бабулька.

— Сами подумайте, зачем ему какие-то малолетки?

— А такие они всегда охочи до молоденьких да глупеньких, как вы с Анечкой, — тут же нашлась с новым доводом баба Таня.

Да если бы… Хоть нагло совращай мужика при всех или слухи распускай, чтобы ему больше смысла сдерживаться не было.

— Да прям. Что в нас такого, чего нет в более старших девицах?

— Есть или нет, а всё равно мужики выбирают кто помоложе. Вот так-то. А вы с Аней у нас вон какими красавицами выросли.

— Но он же знает, сколько нам лет. Нам же нет восемнадцати, а это статья, — привела я новый аргумент в защиту Акимова. — Не дурак же он?

— Да когда мужиков останавливал возраст? Вон сколько по телевизору кажут. И ладно мужики, так взрослые бабы тоже мальчишек совращать стали! Одна вон с одноклассником сына сошлась. Ещё и залетела. Теперь требует денег с его родителей на содержание ребёнка. А ты про мужиков что-то говоришь.

Я? Я вообще молчу! И думаю… как бы вас поскорее сплавить. Но прежде чем я успела придумать, как бы избавиться от присутствия старушки, случились две вещи: открылись створы лифта, выпуская на этаж Артёма с пакетом с продуктами и дверь в квартиру подруги, являя на пороге как раз родителей той. Ну, просто картина маслом. А ключи-то от замка Акимова у меня!