— Мне нужно забрать все собранные мной данные, это архиважно. Они на третьем этаже, — не моргнув глазом, соврала я. И медленно пошла к лестнице через гостиную. Он последовал за мной, бесшумно ступая по ковру.

— Сколько вампиров в доме? — спросил он шепотом, воровато озираясь на лестнице. Глаза бегали от одного дверного проема к другому.

— Трое, — вновь соврала я. — Вам не обязательно идти со мной, ждите здесь.

— Вы видели металлический контейнер примерно такого размера? — он показал очертания предмета, и я сделала вид, что недоуменно хмурюсь. Ведь он же должен был меня спасать, по его словам.

— Да, он в кабинете мейстера. Я покажу, где это.

Мы беззвучно ступали по ковру. Я впереди, и он позади с дулом, смотрящим мне в спину где-то между лопаток.

Третий этаж. Первая дверь справа кабинет, что, если контейнер действительно там, мне нельзя его туда вести. А куда? Вторая дверь слева — спальня Олава, но если его там нет, или он беспробудно спит…

Я промедлила всего секунду, но этого хватило, чтобы мой конвоир потерял доверие:

— Говори, где кабинет, сука, или я пущу тебе пулю прямо здесь, посреди коридора.

Я развернулась к нему, положив руку на первую же ручку двери слева и медленно открыла ее:

— Что в этом контейнере? — спросила я шепотом. Миллион мыслей пронеслись за мгновение в голове, сминая друг друга как вырвавшееся на свободу подсознание. Он выстрелит, и я умру. Вот и смерть моя. На что я потратила двадцать лет. Надо было дать Олаву на чертовом складе и целовать этого красавчика Леонарда в засос… Если бы я знала, что жить мне осталось всего сутки, я бы умоляла меня обратить! Быть может, еще не поздно? Чья это комната? Как мне разбудить спящего вампира?

— Смерть для каждого кровососа.

Он поднял пистолет на уровень моего лица и уже поравнялся с дверью, когда я с силой укусила себя за заживающее запястье. Кровь выступила в разошедшихся краях кожи со следами четырех плоских резцов. Я не могла оторвать взгляда от гипнотизирующего дула, пока меня не смяло будто идущим поездом. Раздался выстрел. Низ моего живота скрутило словно выжали тряпку, но я уже смотрела на стрелявшего со стороны. Он промахнулся.

Рядом со мной стоял Леонард. Его обнаженный торс заслонил меня, а пуля пробила дверной косяк. Человек внезапно закряхтел и опустился на колено, его рука, державшая пистолет, была сломана, а из лучезапястного сустава торчала осколками с кровавыми жилами кость.

Еще первые капли крови не упали на ковер, как за моей спиной распахнулись три двери. А Леонард по-звериному зацепил меня за свитер и с силой пушечного ядра втолкнул в свою комнату. Я влетела в кромешную темноту, едва устояв на ногах, но успела увидеть длинные летящие волосы и старомодную белую сорочку под горло. Женщина-вампир изящно склонилась и пила из сломанной руки мужчины как из бокала. Он кричал безумно, истошно и затих с булькающими всхлипами, которые эхом повторялись в ушах, пока их не заглушил хлопок дверью. Я оказалась в полной темноте, не понимая, где нахожусь.

Крики, скрипы, шаги и несколько коротких приказов Леонарда. Затем звуки волочения тела и хлопанья дверей. Мои глаза только начали привыкать к темноте, как в них ударил электрический свет сквозь открывшуюся дверь.

Инстинктивно я закрыла глаза руками, но свет уже погас, и вновь воцарилась блаженная тьма. Меня обвили сильные руки Леонарда, и я почувствовала его шершавый язык на своем саднящем запястье.

— Ты все сделала правильно. Герман и Олав проверят дом, тебе лучше побыть здесь, пока они не вернутся.

— Он не… — сама не знала, что собиралась сказать, а губы дрожали от постепенного осознания, что я только что своими действиями, кажется, убила человека. Леонард приложил подушечку пальца, прерывая поток сознания, готовый политься из моих уст.

Не по-отечески властное объятье помогло мне перевести внимание на его ладони, и мои мысли закружились вокруг его рук, уступая под давлением прохладных пальцев на талии. В голове прояснилось: я — в комнате мейстера. Простая деревянная кровать и шкаф, которые выхватывал из темноты взгляд, все та же дубовая мебель, но без изысков. Знакомая куртка, лежащая на подлокотнике высокого кресла — ничто не выдавало в нем человека, любившего роскошь. Это была аскетичная полупустая спальня. Ложе без одеяла представляло собой смятые простыни и большую прямоугольную подушку. Спохватившись, что беззастенчиво разглядываю покои хозяина, я робко подняла взгляд, и он уперся в обнаженную мужскую грудь. Мейстер был в длинных домашних штанах и с голым торсом, а его руки уже слишком далеко зашли, нарушая мои границы. Ладонь Леонарда скользнула от моего лица к свитеру. Мгновение помедлив, он обеими руками резко стащил свитер, и я осталась в шелковом платье, успев лишь слегка прикрыть руками прорисованную шелком грудь. В голове пронеслась картинка: он собирается пить. Но вместе клыков на руке я почувствовала обжигающе холодный поцелуй в беззащитную шею.

Два клыка ощутимо царапнули кожу над ключицей, и я, невольно съежившись, попыталась закрыться плечом и освободиться. Дернувшись, я отвернулась и прижала плечо к подбородку, выхватив свою руку.

Кармайкл не удерживал, и я бросилась к двери, выставив вперед руки, чтоб не удариться лицом.

Уже нащупав в полутьме дверную ручку, я застыла, почувствовав, что он стоит у меня за спиной, так близко, что пушок на моей коже ожил.

Леонард слегка придавил меня телом к двери, положив свои руки на мои, и, лишая сопротивления, развел в стороны словно распял. Лицом зарывшись в мои растрепавшиеся волосы, он вдыхал запах моей кожи. Я закрыла глаза. Глубокий вдох не помог остановить накатывающее волной возбуждение, лишь принес с собой подчиняющий аромат близости мужского тела.