— Это легче сказать, чем сделать. Я думала о том, чтобы убедить кого-нибудь встречаться со мной, пока мои родители не решат, что у меня стабильные отношения. Но опять же, они будут видеть мою ложь насквозь. Кроме того, я бы поставила бедного мальчика на вершину списка дерьма папы и Джера. Также известный как список убийств.

— Тебе не нужно так много об этом думать, — говорит Сесили. — Я уверена, что если ты объяснишь это кому-нибудь из своих друзей парней, они будут готовы помочь. Джереми не убьет их или что-то в этом роде.

— Очевидно, ты не знаешь, каким чрезмерно заботливым может быть мой брат.

— Если тот, кого ты выберешь, будет блестящим парнем и с отличными разговорными навыками, он сможет покорить твоего брата.

— И где же мне найти этого прекрасного принца, Ава?

— Брэндон! Он очень привлекательный, харизматичный, и, самое главное, ты ему нравишься. Я думаю, только как друг, но этого достаточно, чтобы убедить Джереми и проскочить под его радаром.

— Я не знаю. Я не хочу, чтобы он пострадал.

— Поговори с ним и увидишь. — Сесили улыбается. — Реми тоже захочет помочь. Он, конечно, зануда, но у него отличное чувство преданности. И он может стать красноречивым собеседником, когда этого требует ситуация.

Я действительно думала об этом варианте, когда впервые придумала этот план, но я сомневаюсь, что кто-то пострадает ради моей выгоды.

— О, Крей! — Ава смотрит вперед позади нас. — Что ты делаешь здесь один? Где твоя назначенная тень, Реми?

Волоски на моей шее встают дыбом, а на коже вспыхивает дикий огонь.

Я не осмеливаюсь выглянуть из-за колонны или даже вздохнуть.

Но если я прячусь, это не значит, что мир замирает.

Крейтон идет к нашему маленькому кругу, одна рука у него в кармане, а в другой он держит бутылку с водой.

Его черная футболка и джинсы не скрывают ни его мускулистого телосложения, ни силы, мерцающей под поверхностью.

Также как и его фирменное пустое выражение лица или хладнокровие в его ничего не выражающих глазах.

— Реми трахается, — объявляет он холодно и легко.

Он кивает Сесили и бросает взгляд в мою сторону. Но на самом деле это нельзя так назвать. Это десятая часть взгляда.

Всего лишь дюйм взгляда.

— Фу. Эта свинья. — Сесили качает головой. — Мы вычеркиваем Реми из списка потенциальных кандидатов.

— Вместо него мы можем добавить Крея! — усмехается Ава, обхватывая его за плечи. Когда он бросил на нее взгляд, она продолжила: — Анни нужен фальшивый парень, чтобы убедить ее семью не сводить ее с каким-нибудь злым мафиози. Брэн — наш кандидат номер один, потому что он самый лучший. Ты тоже, Крей, но твоя немногословность может стать для некоторых решающим фактором.

— Да, только не он. — Я заставляю себя улыбнуться и потираю ногой икру. — Остается только Брэн. Я пойду умолять его на коленях.

Что-то промелькнуло в глазах Крейтона. Не знаю точно, что это, но оно достаточно грубое, чтобы послать холодок по позвоночнику, как его сообщение два дня назад.

Впервые в жизни я, Анника Волкова, не нашла слов для ответа. Даже эмодзи или GIF. Я была ошеломлена молчанием.

Отчасти потому, что я знала, что нельзя давить, когда кто-то устанавливает четкие границы, а отчасти потому, что я начинаю думать, что Крейтон совсем не похож на тот фасад, который он демонстрирует внешнему миру.

И хотя это заинтриговало меня, это также напугало меня до глубины души, а у меня достаточно инстинкта самосохранения, чтобы держаться подальше от мутных ситуаций, как только я их почувствую.

Это чувство повторяется снова, и оно заглушает весь шум вокруг нас, как будто мы заперты в пузыре.

— Мы поможем, — говорит Ава. — Брэн — мой лучший друг.

— Все — твои лучшие друзья, — говорит Сесилия.

— А ты на вершине и любишь меня. — Она целует ее, на что Сесили снова качает головой.

— Почему не я?

Мы все приостанавливаемся после спокойно произнесенных слов Крейтона. Он смотрит на меня.

В упор.

С этими потемневшими гетерохромными глазами и каменно-холодным лицом.

Я никогда не была под его пристальным вниманием до такой степени удушающей интенсивности.

То, как он смотрит на меня сейчас, что-то другое.

Раньше он смотрел на меня с раздражением, пустотой или чистым безразличием.

Сейчас безразличия нет. Это интерес, но не хороший. Черт, он может быть и опасным.