— Уи, ля Дуче, мне очень хотелось встретиться с вами, — кивает он, похоже на ходу меняя сценарий, продуманный для разговора со мной.

— И что же понадобилось Ле Милье от молодого герцога? — спросил я, с усмешкой наблюдая за изменениями на лице Жозе Фиша, одного из руководителей французской организованной преступной группировки, по-простому — мафии. Об этом я узнал уже через Грона, который сейчас с гвардией следит за нами из окон внедорожника на улице, по пути сюда.

Француз тут же став серьёзным, молча буравил меня взглядом, а я молча ждал ответа, наслаждаясь тихой, но мажорной мелодией аккордеона и скрипки, звучащей откуда-то из глубины зала пустого ресторана.

— Вы хорошо проинформированы, — резко расслабившись, улыбается Жозе, что-то решив для себя, и слегка кивает, будто подтверждая.

— Уверен, как и вы, — отвечаю ему кивком. — Но вы не ответили.

— Давайте сначала отобедаем, — предлагает француз, и повернувшись в сторону бара, восклицает: — Гарсон!

Лощёный официант в жилете, с полотенцем на согнутом локте и с тонкими усиками под носом, появляется мгновенно, и Жозе что-то ему начинает диктовать на французском.

— Du vin? — обращается ко мне официант, уже обращаясь ко мне.

— Нет, кофе с молоком и сахаром, — ответил я, и, заметив насмешку во взгляде Фиша, оправдываюсь. — Мне еще нельзя алкоголь.

Представитель французской мафии от моего ответа засмеявшись, рукой отзывает заулыбавшегося официанта.

— Право слово, ля Дуче, вы удивительный юноша! — продолжает он смеяться. — Если бы не изучил ваш профайл, я бы поверил!

Ну-ка, ну-ка! Что за профайл на меня есть у французской мафии?

— Мсье Фиш, зачем профайл недавнего сироты понадобилось Ле Милье?

Мафиозник вновь сменил смех серьёзным выражением:

— Не сироты, ля Дуче, а перспективного юноши, который близок к королевской семье, — увидев мою приподнятую бровь, он поднимает руки в жесте сдачи. — Нет-нет, ля Дуче, я не в этом смысле!

— Тогда прошу поподробней, — улыбаюсь я, — ведь я, как вы правильно отметили, близок к Виндзорам, и мне ничего не мешает...

Брови француза встретились на переносице, и он с прищуром уставился на меня.

— Вы угрожаете? — тихо спросил он, явно к чему-то готовясь.

— Нет-нет! — сейчас смеюсь уже я. — Просто хочу узнать причину нашей встречи.

— Le petit poisson deviendra grand*, — задумавшись, произносит непонятную фразу француз на своем языке и расслабляется, чуть улыбнувшись.

— Что? — переспрашиваю я, гадая, каким образом меня обзывают.

— Нет, нет, ля Дуче, просто восхищаюсь вами, — отвечает Фиш. — Я ожидал увидеть здесь либо стеснительного мальчика, либо зазнавшегося аристократа, но вы… — снова замолкает.

— Се ля ви, — усмехнувшись, произношу я единственную фразу, которую знаю на языке оппонента, и которая, впрочем, вполне вписывается в контекст диалога.

— Не поспоришь, — усмехается Жозе, и отодвигает посуду со стола, чтобы освободить место для блюд, которые, как оказалось, уже нёс «гарсон».

Следующие несколько минут, мы лишь перебрасывались короткими, ничего не значащими фразами, отдавая дань повару ресторана, который, похоже, точно знал, кто именно у него сегодня обедает. И я явно не про себя. Ведь даже официант, как мне показалось, кланяется глубже и подобострастнее, вроде бы, простому иностранному туристу, а не местному герцогу. Занятно.

И только после того, как мне принесли кофе, а представитель французской мафии промочил горло вином, начался серьёзный разговор.

— Ля Дуче Гроссновер, нам известно, что вы являетесь главой компании Минисофт и его основателем. И нам очень интересен этот вид деятельности, — мужчина изучающе смотрит на меня.

В это время я пытаюсь понять, к чему он ведёт. Неужто хочет купить хостинг?

— Мсье Фиш, не хочу быть грубым, но компания не продаётся, — наклоняю голову вбок, ожидая продолжения.

— Понятно. Подумайте еще раз, ля Дуче, мы готовы заплатить в разы больше того, что вы заработаете даже за год, и избавим вас от многих возможных проблем.

Естественно. С такой динамикой роста через год хостинг в месяц будет приносить больше, чем за весь этот год. Это понимают все, кто хоть немного разбирается в теме. Но зачем французу, а точнее главе одной из преступных группировок, видеохостинг? Прогоняя в голове варианты, неожиданно вспоминаю два момента. Киностудия, о которой говорил Дональд, и… вопрос Олега Орлова про недопустимый контент. Мозаика сложилась.