– Только для тебя, – сказала Антуанетта. – Только не говори мне, что ты все еще заставляешь бедного Роджера заниматься этим при выключенном свете?

– Ты неисправима, – ощетинилась Минни, разглаживая перед своей спортивной кофты для йоги. – Просто я считаю, что рассказывать об этом – убивать романтику.

– Дай я еще раз взгляну на кольцо, – Рашида наклонилась слева от меня и рассмотрела солитер изумрудной огранки. – Потрясающе.

– Потрясающе огромный, – рассмеялась Лайла. – Я как раз собиралась попросить вас пересесть за столик под тенью. Боюсь за свое зрение.

– Не такой уж он и большой… – я закатила глаза.

Рашида фыркнула, освободив мою руку из своей смуглой, украшенной сверкающими драгоценными камнями.

– Впечатляет, но я бы подумала дважды, прежде чем надевать его ночью. Полагаю, Дрю застраховал его?

Минни подперла рукой подбородок, на ее узком лице нарисовалось мечтательное выражение.

– Расскажи еще раз, как он сделал предложение?

– А я знаю, как он сделал предложение, – сказала Антуанетта, драматично вздохнув. – Он опустился на одно колено, протянул брачный договор и ручку…

Все, включая меня, залились смехом, хотя Антуанетта понятия не имела, насколько близка была к правде.

– Мы вместе уже шесть лет, – промолвила я. – Не могу сказать, что это было неожиданностью или важным событием. Просто…

– Так было суждено, – вздохнула Минни.

– Вы подходите друг другу, – кивнула Рашида.

«Другого пути нет», – молча согласилась я и заметила нежную улыбку Лайлы. Я улыбнулась в ответ. Ей было непросто слушать все эти разговоры о браке.

Моя лучшая подруга застала своего бывшего мужа на измене с практиканткой и сразу же развелась с ним, к всеобщему сожалению.

– Все считают, что надо было дать ему второй шанс, – поделилась со мной тогда Лайла. – Мы были женаты два месяца. Пятьдесят два дня, если быть точнее, и я должна была отпустить эту ситуацию? – она откинула назад свои длинные шелковистые черные волосы и вытерла глаза. – Я не согласна.

«Я недовольна Дрю», – задумалась я сейчас. Мой жених красив, добр, мягок и трудолюбив. Любая женщина в здравом уме посчитала бы его предложение руки и сердца не чем иным, как чудом. Но нашим отношениям так не хватает искорки. Небольшого огня…

– Вы с Дрю подходите друг другу во всех смыслах этого слова, – сказала Рашида в своей спокойной, практичной манере. – Из последнего, что я читала: акции «ЭллисИнтел» возросли и продолжают расти с тех пор, как Дрю включился в процесс.

– Адвокаты женятся на адвокатах, – размышляла Антуанетта. – Я не удивлюсь, если твой первенец родится с портфелем и блокнотом в руках.

– У нас не будет детей, – сказала я, когда хихикание стихло. – Мы все решили. Дрю не хочет, и я… тоже.

– Серьезно? – Минни ахнула. – Ты не хочешь ребенка? А как же семейное наследие Дрю? Разве он не хочет наследника?

– Наследника? – Лайла усмехнулась, хотя в ее миндалевидных глазах читалось беспокойство. – Неужели мы вдруг стали персонажами романа Бронте, а меня никто не предупредил?

– Мы оба слишком зациклены на карьере, – оправдывалась я. – Мы много работаем и хотим проводить отпуск, наслаждаясь свободным временем, а не гоняясь за детьми повсюду.

– Вот только ты не берешь отпусков, – начала Лайла, но Минни прервала ее еще одним потрясенным вздохом.

– Дорогая, для этого и существуют нянечки! – воскликнула Минни. – Я не могу представить себе жизнь без маленького Роджера-младшего! И мы надеемся скоро подарить ему сестру, – теперь настала ее очередь хлопать меня по плечу. – Подожди годик-другой. Уверена, ты передумаешь.

Рашида взглянула на меня.

– Ты хочешь сохранить свой коттедж в Санта-Монике? Я бы сохранила. Хотя бы ради того, что это была бы идеальная недвижимость для аренды.

– На самом деле, – сказала я, – я обсуждала с Дрю вариант его продажи. В качестве доказательства преданности. Объединение сил, если можно так это назвать.

– И?

– И Дрю предложил мне оставить его, – промолвила я, не глядя на Лайлу. – Себе. На случай, если я захочу убежать от всего. Чтобы у меня было время побыть одной, если я захочу.

– Господи, да этот человек святой, – заявила Антуанетта. – Я должна попросить его уговорить Пола купить мне собственный коттедж. Чтобы побыть в уединении, когда захочу.

– Я рада, что он отговорил меня от его продажи, – добавила я. – Я купила его на свои собственные деньги и горжусь этим.

И это была правда, но была еще более глубокая истина, заключавшаяся в том, что я предложила продать свою маленькую мастерскую вопреки неотступному предчувствию, что однажды она мне может понадобиться.