— С ним всё в порядке.

— Да? Ну, я предполагаю, ты забралась сюда не ради прогулки. Так почему бы тебе не сказать мне, с кем не всё в порядке?

Сэйлор поморщилась.

— Со всеми остальными. Но больше всего меня беспокоит Криденс.

— Почему? — Деклан был весь внимание.

— Он попал в самую гущу плохой ситуации.

— Плохая ситуация, — повторил Деклан, — ну, это может быть что угодно, от залетевшей чирлидерши до убийства. Так что перестань заставлять меня гадать.

— Он должен участвовать в бое. В одном из таких, где может не встать, если проиграет.

— С кем? — нахмурился Деклан.

— Точно не знаю. Но тот боец уже убил одного человека. Я слышала, как Корд произносил имя Джестер.

— Джестер, — пробормотал Деклан. По внезапному напряжению в его позе я могла сказать, что это имя что-то значило для него. — Когда?

— Думаю, через несколько дней. Корд всегда говорил, что ты всех знаешь, и все обсираются при одном упоминании твоего имени. Ты можешь что-нибудь сделать, Дек?

— Ты просишь меня о помощи?

— Да.

Деклан улыбнулся, и его взгляд внезапно переместился в мою сторону. Он смотрел так пристально, что напоминал рентген.

— И я вижу, ты принесла с собой угощение, чтобы подкупить меня.

Сэйлор упёрла руки в бока.

— Не будь извращенцем. Это моя подруга, Трули.

— Привет, Трули.

— Привет, Деклан.

У него была плавная манера двигаться, почти гипнотическая. Деклан Джентри остановился от меня в нескольких сантиметрах и легко провёл костяшкой пальца по моей руке.

— У тебя есть мужчина, Трули? Или ты в поиске?

Не дрогнув, я встретила его взгляд.

— Я с Криденсом.

— А, — Деклан опустил руку, а затем с сожалением улыбнулся мне, — очень плохо. У моих кузенов, похоже, есть талант находить лучших женщин раньше меня.

— Так ты поможешь? — спросила Сэйлор. Я услышала отчаяние в её голосе.

Деклан перестал изображать крутого парня. В его голосе звучала грусть.

— Не знаю, много ли я могу сделать, дорогая. Я знаю, о каких боях ты говоришь, и никто не может сослаться на болезнь, чтобы отказаться.

— Последний парень, который упал на ринге в одном из этих боёв, так больше и не встал. Он умер позже той же ночью.

Было слишком страшно, чтобы думать об этом.

— Пожалуйста, — прошептала я.

Сэйлор взглянула на меня, и её лицо исказилось, когда она увидела, что я плачу. Слёзы просто появились без предупреждения, и я боялась, что они могут никогда не остановиться.

Деклан уставился на меня.

— Не позволяй ему видеть тебя такой, — сказал он немного резко, — ты сведёшь Крида с ума. — Он посмотрел в сторону страшного трейлера, мимо которого мы проехали, прежде чем добрались до его жилища.

— Я сегодня же поеду к ним, — тихо сказал он. Затем пристально посмотрел на меня, и я увидела ту же стоическую решимость, которую так часто видела в Криде. — Эти парни — моя кровь, и я сделаю для них всё, что смогу.

— Спасибо, — выдохнула Сэйлор.

Деклан решительно кивнул нам.

— Теперь давай, убирайся отсюда. Если ты задержишься слишком долго, то можешь разбудить зверя.

Сэйлор не нужно было больше ничего слышать. Она потащила меня обратно к машине, и мы оставили Деклана Джентри стоять под палящим солнцем.

Только добравшись до относительной безопасности центра города, я задала Сэйлор вопрос:

— Насколько страшен этот зверь?

— Бентон Джентри? Он самая страшная чёртова тварь, которую я когда-либо видела, — ответила она, вздрогнув.

На обратном пути в долину я посмотрела в зеркало заднего вида на родные места Крида. Мне так сильно захотелось оказаться в его объятиях.

«Я хочу многое увидеть, места, где нет только коричневой пыли и жары. И я возьму тебя с собой, детка».

На меня нахлынуло отвратительное тошнотворное чувство. Душераздирающее чувство потери или, скорее, угрозы потери как таковой.

Вот что происходит, когда ты решаешь рискнуть и удерживаешь кого-то в своих объятиях всю ночь напролёт.

Именно это происходит, когда ты начинаешь чувствовать, что день ничего не значит, если с тобой не будет человека, который вырезал своё имя у тебя в сердце.

Подобные ситуации могут плохо закончиться. Можно разорваться на части, гадая, сможешь ли снова легко дышать.